?

Log in

No account? Create an account
l_d_nikshich
26 February 2017 @ 08:40 pm
«Напоминанием об утраченном (укором нашей совести) и о том, что возвращение всё еще возможно, – является Державный образ Пресвятой Богородицы. Вот почему одни чтут эту икону особо, а другие (за невозможностью убрать этот «укор Свыше» с глаз долой) пытаются, где удастся, «забыть».»
Сергей Владимирович Фомин.

  • Пасха в конце зимы.

(Прощание с архимандритом Кириллом (Павловым)).

      Архимандрит Кирилл преставился в понедельник 20 февраля 2017 года в неделю о Страшнем суде. В СМИ сообщили, что 23 февраля с 10-00 состоится отпевание с участием Патриарха Кирилла в Троице-Сергиевой Лавре. В церковном народе накануне стало известно, что простится со Старцем можно в ночь с 22 на 23 февраля.
      Леонид Донатович сказал, что надо ехать прощаться и обязательно в нашей форме хоругвеносцев, можно взять знамя «Последних Времен – пять Ангелов побивающих Зверя», - развернуть его где – ни будь и сфотографироваться на память. Таким образом часть хоругвеносцев поехали простится ночью, часть рано утром. У меня получилось сесть на электричку до Сергиевого Посада только в 6-45 на станции Северянин.  Было ещё темно, электричка была почти пустой. Ехавших в Лавру можно было определить по молитвословам и платкам. Светало, за окном мелькали однообразные картины уходящей зимы.
      Лавра как всегда радовала глаз своей величавостью. На входе стояла милиция у рамок, но редких богомольцев почти не проверяли. В начале девятого я был у входа в Успенский Собор. Там в очереди на прощание со Старцем стояло около двух сотен человек, но уже почти никого не пускали, пустили только с детьми и всё. Затем объявили , что пускать больше не будут, народ прибывал и с разочарованием узнавал что в храм не пускают. Бросилось в глаза - на лаврском ящике для пожертвований была надпись на русском и иероглифами (на китайском) языках.
      Было морозно, люди, постояв, шли погреться кто куда – кто в Трапезный храм, кто в колокольню, а я вспомнил, что надо было приобрести икону Божией Матери «Державная» к приближавшемуся 100-летию её явления в Коломенском. В лавке у входа её не оказалось, а в лавке рядом с Троицким собором она нашлась. Мне её хотели тщательно упаковать, но я сказал: « Зачем ? Она мне сейчас будет нужна .»
      Взял икону и пошёл снова к Успенскому собору. Немного походив, узнал, что будет крестный ход вокруг храма. Радостно приложился «трудник» из Лавры к иконе и сообщил что эта икона и Царственных мучеников – его самые любимые, а сам он из Екатеринбурга и два раза участвовал в крестных ходах на Ганину яму. А в конце грустно сказал :  «Старец говорил «Умру и начнётся война»».
      Когда поднялся на ступени у колокольни, появились все братья-хоругвеносцы – Степан, Алексей, Александр и Павел. Алексей был немного расстроен что его и многих мирян попросили выйти из храма после литургии под предлогом уборки. Ждали владык и Патриарха.
      У меня тут же созрел план, что надо идти в крестном ходе с  «Державной» иконой и развернуть знамя «Последних времен» , ведь Батюшка по воспоминаниям знавших его был большим патриотом России и порадуется. Нас в храм не пускают , но он же сейчас всё видит. Было ещё и Имперское знамя.
      Патриарха в машине с сопровождением подвезли к Троицкому собору, затем. где то через полчаса так же в машине подвезли к Успенскому собору и я со ступеней колокольни увидел только его спину и как двое помощников помогали ему подняться по ступеням. Удивило, что не было как обычно шествия мимо людей, да и владык за редким исключением мы не видели. Откуда то появились китайцы , молодые стриженные, они весёлые сновали повсюду, кто то их сюда даже в такой день завёз.
      Подмораживало, на ступенях колокольни было ветрено – я решил обойти Успенский собор с иконой, посмотреть обстановку. На одном из выходов стоял патриарший мерседес и машина сопровождения с мигалками. Охранник махал рукой, что бы люди подальше обходили машины, я быстро проскочил и тут передо мной вырос больших размеров очень мрачный с одутловатым лицом мужик.
- А Вы знаете, что по Лавре нельзя передвигаться с иконой ?
- А Вы передвигаетесь !
Я был потрясён этим заявлением.
-А Вы кто такой ?- придя в себя спросил я.
- Я начальник охраны Лавры и существует приказ наместника о том что на территории Лавры запрещается находится с иконами, знамёнами и хоругвями.
Это заявление меня ещё больше потрясло.
- А с Крестом можно ? Нательным ?
Он тяжело и мрачно посмотрел на меня и отрезал:
- Существует приказ !
- Представьтесь - потребовал я. Он назвал имя и отчество.
Но я продолжил : -Как же так ? В России в Лавре нельзя находится с иконой ?
Вы сами то спастись хотите ?
- Я не хочу спастись,  – машинально ответил он , и мне вдруг стало как то не по себе. Может это и не человек передо мной ...
- Уберите икону и идите дальше – снова приказал он.
Я понял что дальнейшее общение безполезно и сделал вид что убираю икону в пакет и быстро пошёл подальше от патриарших машин и этого «начальника охраны» .
      Тем временен народ собирался вокруг храма у приготовленной могилы Старца. Я рассказал хоругвеносцам о недавней встрече и они так же были удивлены, но тут мы заметили что людей с иконами не было в Лавре, как это обычно бывает на крестных ходах и прочих православных мероприятиях. К счастью я увидел всё же человека с портретом Царя Мученика Николая  в обрамлении различных иконок, а рядом с ним девушку с портретом Царевича Алексия. Они оказались из Петербурга. Так мы с ними и стояли небольшой монархической группой.
      Панихиду транслировали на улицу. Слышались молитвы Патриарха , священства, пение хора. Затем всё закончилось. Мы стали готовится к погребению и соответственно хотелось стать поближе. Так прошло около часа, холодало и появились слухи в народе что всё откладывается до двух или трёх часов. Мы пошли в Трапезый храм погреться, а затем подкрепились горячим медовым сбитнем и кулебякой с рыбой. И тут мы заметили, что вереница людей спешно пошла к северному входу Успенского собора.  Павел сказал, что вероятно у нас появился шанс зайти в храм и попрощаться с Батюшкой. И мы пошли. Там стояло около ста человек, но движения не было, охранники сдерживали. Так прошло минут двадцать, мы стояли с краю, подошла женщина и радостно сказала – « Я думала что уже батюшку похоронили а оказывается ещё можно с ним проститься.» На что я возразил, что мы стоим тут уже долго без движения. А она сказала что нужно помолится и запела «Богородице Дево Радуйся». К моему удивлению через несколько минут впереди началось шевеление и охранники стали пропускать почему то по пять человек.
      Таким образом, и мы стоявшие с краю попали в храм. В храме были люди, монахи,  владык не было, представители движения «сорок сороков» всё регулировали  и было довольно свободно. Я приложился вместе с иконой «Державной», а Павла попросил приложить ко гробу Имперское знамя. На выходе всех нас попросили выходить по причине уборке храма, но мы сделали вид, что надо задержаться и зашли справа - к иконе  Александр Невского. Ещё с полчаса пускали людей ко гробу с северного и южного входов, шла молитва, а затем поднесли обитую белой материей крышку гроба. Послышался стук забиваемых гвоздей. Всё закончилось. Монахи взяли белый гроб и понесли. Мы вышли вослед и увидели окончание вереницы людей – это был конец крестного хода. Пошли с «Державной иконой», дул ветер, шёл снег, трагично звучал особый погребальный звон колоколов.
      Когда подошли к месту погребения, то всё пространство уже было заполнено людьми. Братия Лавры начала молится. Мы стояли на возвышенности у южного входа в Успенский собор. Так прошло ещё некоторое время , затем увидели как стали высыпать мешки с землёй, установили могильный Крест и затем снова молитвы, пение. Метель усилилась. Молитвы и пение закончились и тут вдруг сквозь Русскую метель ясно и громко прозвучало от братии Лавры – «Христос Воскресе !» Окоченевший и приунывший православный люд радостно встрепенулся и откликнулся «Воистину Воскресе !» И так трижды.
      Испытав радость этих знакомых каждому православному мгновений, мы снова повторили несколько раз пасхальные возгласы и затем монахи запели Пасхальный тропарь. И весь народ запел. Над нами кружился снег и голуби из Лавры, а мы пели ,и так стало тепло и радостно на мгновение, уходить никуда не хотелось. Потом ещё долго, до темна подходили ко Кресту на последок попрощаться с самым великим из Русских Старцев нашего непростого и  во многом скорбного времени.
    Мы надеемся что Старец Кирилл помолится о всех нас грешных, о России и Русском народе.

Заместитель Главы Союза Православных Хоругвеносцев – 
                                                                    Валерий Александрович Левченко.





























































































































































 
 
l_d_nikshich
20 December 2016 @ 09:38 pm

ПОСЛЕДНЯЯ "ЭСХАТОЛОГИЧЕСКАЯ" ВОЙНА

Вроде бы скоро наступит Рождество и Новый год, люди готовятся к праздникам, а между тем последняя «эсхатологическая» война продолжает развиваться катастрофически, поэтому надо писать, продолжать писать эту мою Хронику Последних Времён. Вот недавно на «Русской Народной Линии» прочитал интересную статью Владимира Можегова под названием «Избрание Трампа предотвратило сценарий полномасштабной эсхатологической войны».
«…Всего год спустя, - пишет автор, - чаемый «перл-харбор» грянул, и 11 сентября 2001 года трубы «ангелов апоклипсиса» зазвучали, наконец, в полный голос, аккумулируя энергию, достаточную для начала «эсхатологической битвы добра и зла» на всём Ближневосточном пространстве… Идеология ИГИЛ включает в себя не только идею построения всемирного халифата, но и подготовку последней битвы «добра и зла». Мусульмане верят, что, в конце истории, верные Пророку воины встретятся в последней битве с полчищами «крестоносцев» (то есть, европейцев-христиан) и победят их, после чего настанут «последние дни мира». Эта битва (согласно хасидам пророка Мухаммеда) должна произойти недалеко от сирийского селения Дабик…
Однако, версия апокалипсиса, исповедуемая ИГИЛ, не единственная, – пишет Владимир Можегов, - И, чтобы понять, кем и для чего она оказалась сегодня активирована, нам придется углубиться еще немного в историю…».
Собственно, вот это «углубление в историю» для нас тут и важно:
«Неоконы, пишет автор, - духовные воспитанники немецко-еврейского философа Лео Штрауса, в 50-60-хх гг. возглавлявшего кафедру политической философии Чикагского университета. Штраус (sic! – Л.Д.С.-Н.) был консерватором, стоящим на позициях иудаизма, и считал, что традиция иудаизма - идеальная основа для цивилизации, способной  успешно противостоять опасности (sic! – Л.Д.С.-Н.) как коммунизма, так и фашизма.
Штраус, - продолжает автор, - учил, что мир делится на два рода людей - касту избранных, призванных править (т.е. в основном еврейских финансистов и интеллектуалов – Л.Д.С.-Н.), и «безмолвные массы», которые должны подчиняться (т.е. все остальные «гои» - Л.Д.С.-Н.). При этом, роль «избранных править» состоит в том, чтобы захватить власть в «самой сильной стране мира», в последствие распространить ее на весь мир.
В сущности, перед нами программа «мировой революции», правда, уже не в духе Лео Троцкого, а революции, своего рода, религиозно-консервативной. Понятно, - пишет Владимир Можегов, - почему неоконам, вышедшим «из шинели» лидера IV троцкистского интернационала Макса Шахтмана,идеи Лео Штрауса оказались близки и понятны…».
А действительно, зададим вопрос мы, почему же все эти идеи, будь то крайне левые, как у Льва Троцкого, или крайне правыми, как у Макса Шахтмана или Лео Штрауса – вдруг «оказываются» всем им «близки и понятны»? Ответ как всегда очень прост. «Избранники», управляющие миром – будь то красные, коммунистические типа Ленина, Троцкого и Свердлова, или крайне правые – будь то Лео Штраус или Макс Шахтман – все до единого должны исповедовать именно бого– «избранность» «одного определённого народа» и, сидя во Граде на Холме, править всем остальными лежащем в прахе, молчаливо идущим на заклание мировым стадом – «пролов», так точно описанных в утопиях Замятина, Хаксли и Орвелла.
Самое же интересное то, что между мировым понятием мировой «пролетариат», у которого (sic!!!) – нет родины и которому «нечего терять кроме своих цепей» и усекновенным, введённым уже Орвеллом понятием «прол», лежит, что называется – бездна. Марксов «пролетариат» это, в конечном счёте и по сути дела, интеллектуал, у которого нет родины, точнее любая «родина» ему враждебна, и суть его деятельности заключалась и всегда будет заключаться в свержении законнного правления и установлении на всей Земле власти этих самых «избранников». Так было в Германии времён Карла Либкнехта и Розы Люксембург, так было в Испании перед гражданской войной, так было в России с 1918 по 1928, примерно, годы… Так чуть было окончательно не стало в «самой сильной стране мира», буквально месяц тому назад…
Но что-то вдруг, кстати, не в первый раз, что-то треснуло в системе «избранных править», и поехало совсем не в ту сторону. Так уже было, повторяю, и в Германии, и в Испании, и в Италии, и в России… Так начало сегодня происходить и в цитадели неоконизма и неоштраусизма, а проще говоря, в цитадели почти победившего «избраннического» интеллектуализма – в Соединённых Штатах Америки.
Но новое консервативное движение против неоконов – только началось. И борьба будет долгой и трудной. Поэтому нам необходимо более внимательно рассмотреть тот «консервативный семулякр», который готовит нам, совсем не собирающаяся сдаваться, «избранная», вышедшая «из шинели» IV троцкистского Интернационала «элита». Ибо если они «вышли из шинели», точнее из «лапсердака» Шахтмана и Лео Штрауса, то мы, Русские Монархисты-Фундаменталисты, вышли из «шинели «Памяти»». А это, знаете ли, очень разные, даже, я бы сказал, противоположные шинели…
Интересно, что этот вышедший из «шинели» Троцкого Чикагский профессор Лео Штраус считал (sic!!! – Л.Д.С.-Н.), что религия жизненно необходима для управления массами, поскольку «религиозно заряженные» массы проще «держать в стимуле» и готовить к войне. В свою очередь, избранная элита может верить во что угодно, но для управления массами ей лучше всего пользоваться (sic!!! – Л.Д.С.-Н.) религиозным образами и символами. «Ведь сознание людей, - описывает дальше «философию» Лео Штрауса автор «Эсхатолоической войны», - управляется архетипами, религиозные же пророчества (особенно, пророчества о Конце Света) - самые мощные и действенные из них».
«Штраус, - пишет Владимир Можегов, -  был не одинок в своих воззрениях и опирался во многом на учение Маймонида, в евр. Традиции Рамбама (а также в еврейской традиции – «Орёл Синагоги» - Л.Д.С.-Н.), ученого богослова 12 века, большим почитателем которого он являлся (Интересно, что у нас в Москве есть известный общеобразовательный религиозный еврейский институт Маймонида – Л.Д.С.-Н.). Когда в начале 1960-х годов Штрауса попросили резюмировать выводы своих исследований, он обозначил их как выводы из «почти двадцати пяти летнего непрерывного изучения Маймонида»…
Маймонид, - пишет далее автор, - один из самых авторитетных в иудаизме комментаторов мессианских текстов. Причем, в отличие от ветхозаветных пророков, он до крайности рационализирует образ мессии, лишая его всякого мистического ореола. В его учении, грядущий «освободитель» - это (sic!!! – Л.Д.С.-Н.) политический вождь, достигающий вершин власти чисто политическим путем. Что же до пророчеств священных книг, то в трактовке Маймонида, они оказывались неким метафизическим фоном действий…
В сущности сами неоконы, оседлавшие в годы президентства Буша-мл. американскую военную машину и бросившие ее на разжигание хаоса Ближневосточной войны, выступали в той же роли, в которой выступал и сам Маймонид, служивший советником при султане Саладдине во время его войн с крестоносцами, здесь же, в Сирийской пустыне.
Какова же конечная цель неоконов? – задаёт вопрос автор «Эсхатологической войны» и отвечает:
«Цель неоконов - развязать большую войну на Ближнем Востоке, а затем, постепенно расширяя зону «конструктивного хаоса» (термин Лео Штрауса), довести его до планетарного масштаба. Погружение мира в хаос необходимо для того, чтобы максимально ослабить последние независимые центры силы, существующие на планете. Прежде всего, Исламскую, Китайскую, Русскую цивилизации.
А для этого необходимо столкнуть между собой христиан, мусульман, евреев. То есть, - пишет автор, - развязать полноценную мировую «войну цивилизаций», причем войну, желательно, именно религиозную. Потому что именно религия является наиболее глубоко укорененным пластом в человеческой психике. Вызвать, выпустить наружу эти иррациональные силы и столкнуть их в настоящей эсхатологической войне. А когда они предельно ослабят друг друга, прийти и овладеть тем, что останется от мира…
Вся история неоконсерватизма говорит нам о том, что мы имеем дело с крайне опасной политической сектой фанатиков, руководствующихся весьма своеобразным видением мира».
Цель этой секты, добавим уже от себя, состоит, как и всегда, в абсолютной власти над полностью порабощённым человечеством. А для этого должны быть уничтожены все суверенные государства, и мiровая власть должна окончательно перейти в руки безнациональной сверхкорпорации. Так осуществится извечная мечта маймонидо-штраусо-ленино-троцких о создании абсолютного тоталитарного всемирного сверх-государства Последних Времён во главе с уже пришедшим, но пока ещё пребывающем «там» в скрывалище, в тайне, в заговоре, невидимого для глаз, но уже чувствуемого и чаемого ими Мошиаха, явление которого в самое ближайшее время, и политическими, и магическими методами готовят новые «орлы Синагоги». И среди этих мистических явлений, прежде всего, надо отметить три:


  1. Приход к власти в Америке, а за ней и в Европе, консервативных сил, в одночасье сменивших уже никому не нужных либералов.

  2. Появление Третьего Храма на виртуальных картах Иерусалима.

  3. Глас «ангельских труб» с небес, теперь звучащий в Иерусалиме, а потом в Канаде.

Что касается готового воздвигнуться «за три дня» здания Третьего Храма, то на еврейских  интернетовских картинках он, как это ни странно, сильно похож на библиотеку им.Ленина, стоящую в самом центре Третьего Рима. Правда, пока он «возводится» только в сердцах и играющих в компьютерную графику. Но у «архитекторов» всё готово!
На сайте Bible8.eu в статье «Современное толкование Библии», читаем:
«Место, где будет стоять третий Храм пока «арендует» мусульманский комплекс мечетей. На месте второго разрушенного Храма в 16 веке была построена мечеть Аль Акса.
Историки, прослеживая путь некоторых культовых предметов из второго Храма, которые были вынесены римлянами, приходят в своих выводах к возможности, что купол Аль Аксы мог быть сделан именно из этих вещей.
Если это так, - пишет «Bible8.eu», - то можно сказать, что часть вещей, правда в переплавленном виде, уже вернулась на своё место. Будет ли это золото тоже использовано в изготовлении вещей третьего Храма?
Некоторые компетентные иудеи-исследователи указывают, что Святая Святых находилась как раз под золотым куполом мечети…
Как бы там ни было, - продолжает «Bible8.eu», - но по христианским пророчествам книги «Откровение» существует пророчество о третьем Храме (??? – Л.Д.С.-Н.). Мы живём в то историческое время, когда подготовка и осуществление этого пророчества идёт полным ходом. И на настоящий момент буквально в нескольких десятках метрах от возведения будущего Иерусалимского Храма в полной готовности находятся готовые культовые вещи для третьего Храма.
Пока же Третий Иерусалимский Храм остаётся в мечтах» - заканчивает автор статьи.
Ну, не в таких уж и мечтах, раз Ангелы над Иерусалимом, что есть мощи, дуют в свои трубы. Значит, скоро иудаистские «консерваторы» явят нам своего Мошиаха. Всё идёт к этому. И совсем неважно, кто развяжет всемирную апокалиптическую войну. Либералы- неоконы или консерваторы-гностики. Важно то, что план этот продолжает выполняться. Однако, творцы всемирного хаоса полагают, а Бог располагает. И Бог на нашей Русской Православной стороне. А так как «с нами Бог», то «слушайте языцы и покаряйтеся». Нам же Православных Русским людям главное не терять бдительности, потому что все эти Троцкие и Штрусы никогда не оставят своих планов полного захвата власти на Земле…

Глава Союз Православных Хоругвеносцев , Председатель Союза Православных Братств, представитель Ордена святого Георгия Победоносца и глава Сербско — Черногорского Савеза Православних Барjактара

Леонид Донатович Симонович — Никшич

 
 
l_d_nikshich
19 December 2016 @ 09:06 pm

«Благословение Преподобного Сергия или

Свято-Сергиевский Союз Русского Народа»



Не так уж и давно, 20 августа 2016 года, как-то тихо и совсем даже незаметно прошёл 110-летний юбилей главной нашей патриотической организации Союз Русского Народа, который был официально зарегистрирован именно в этот день, то есть 20 августа, лета от Рождества Христова 1906-го. И если бы не статья Владимира Бондаря в «Культуре» (№30, 19 августа – 1 сентября 2016 года. стр.7), то, кажется, никто бы об этом и не вспомнил. В статье «Русские не по паспорту» Вадим Бондарь пишет: «Высший свет общества (того времени – Л.Д.С-Н) давно и тяжело страдал «заморской» болезнью, желал, чтобы всё у нас учредилось, как заграницей. В частности, в Англии. Однако российские самодержцы не спешили становиться составной частью западного мира. Это, конечно, безпокоило тех, кто был «как денди лондонский одет»… Впрочем, была и «угроза снизу» – люди, желавшие революционных перемен. Либералы – умеренных, социалисты – радикальных. И те и другие    б ы л и    п р о т и в н и к а м и    в с е г о    р у с с к о г о    (курсив мой – Л.Д.С-Н). Князь Михаил Путятин отзывался о первых так: «Тысячелетняя исконная Россия для них не существует». Про социалистов и анархистов, мечтавших о мировой революции, и говорить нечего, – замечает автор статьи и продолжает: «Именно под давлением нависших над страной опасностей и начал формироваться Союз. Ибо, когда общество рискует лишиться базовых ценностей, то всегда складываются предпосылки для возникновения подобных объединений, – констатирует Вадим Бондарь и задаёт вопрос: «Возможно ли возрождение данной организации сегодня и что нужно для этого?» Дальше автор предлагает развивать некоторые организации типа Объединённого Национального Фронта, и прочих, но о самом современном Союзе Русского Народа уже и не вспоминает. А действительно, что же вспоминать, когда на месте того многотысячного Союза существуют две-три организации по 2 – 3 десятка человек… Таковы итоги произошедших за сто лет изменений…

Да, всё это так, но и не совсем так. Дело в том, что запрос на Русское национальное сознание сегодня в народе явно идёт по нарастающей. Разрозненны же все потому, что одни поднимают на щит некий «языческий национализм» более романо-германского, чем русского толка, другие уходят в мистику Туле и Гипербореи, третьи с головой погружаются а «мир древних ариев», четвёртые – в оккультизм «премордиальной традиции», пятые – в эзотерику, шестые – в гиммлеровский «Орден СС», седьмые – в теории Родзаевского и Вонсянского и т.д. и т.п. до безконечности. То есть в «русском национализме» есть всё что угодно, кроме, как это ни странно, «Русскости» и настоящей, как минимум «тысячелетней», «Русской традиции»… По-моему, кто-то умный и коварный сознательно и целенаправленно работает над тем, чтобы расчленять русское общественное сознание, вычленяя из него отдельные фрагменты спектра и противопоставляя их друг другу. Повторяю, – умный и коварный. И к тому же очень опытный, внимательный и насмешливый. Будто в наше современное бытие явился один известный религиозный персонаж мировой литературы, последний раз посещавший столицу нашей родины в конце 20-х годов и объявившийся тогда, как вы помните, на Патриарших прудах…

Да, были времена – прошли былинные, – когда действительно было организовано сразу несколько Союзов Русского Народа. И главным из них, конечно же, был Союз, восстановительный съезд которого происходил 21 ноября 2005 года в зале знаменитой «Горбушки» в Филях, то есть во дворце культуры имени Горбунова. Кем был этот самый Горбунов никто тогда уже и не помнил. Народу в зале было битком.

В президиум избрали чуть ли не сто человек. Главой организации уже заранее, безо всяких выборов, был признан Вячеслав Михайлович Клыков. Собрание, надо сказать, было очень представительным.

Тут были и известные общественные деятели, и священники, и черносотенцы, и представители Христолюбивого казачества, и православные наши ревнители, братья и сестры различных московских и российских храмов, и представители разных истинно-православных, яро-монархических и разных там «катакомбных» церквей.

Если бы всё это общество начало активно работать, то результаты были бы впечатляющими… Уже одно то, как все вместе пели молитву Русского народа «Боже, Царя храни!» говорило о полном духовном единстве.

Да, это была картина! Надо было видеть. Весь зал, в некоей полутьме, взволнованно поёт гимн, славящий Русского Царя, а на сцене, посреди неё, стоит высокий, стройный и сильный человек с вдохновенным лицом и горящими орлиными глазами, и с серьёзным таким выражением смотрит на нас всех, поющих обращение к Богу, чтобы он хранил Русского Царя.

Повторяю, это была картина, достойная кисти другого великого Русского художника – Павла Рыженко. И конечно, будь Клыков здрав, Союз широко бы развернул свою деятельность по всей Матушке-России. Но, к глубочайшему нашему прискорбию, Вячеслава Михайловича вскоре не стало. Болезнь съела этого богатыря очень быстро, примерно за полгода. А через несколько лет так же скоропостижно как и Клыков  и, как пел поэт, «противоестественно и рано» – вдруг ушёл от нас и Павел Рыженко. И сколько их – замечательных, сильных, талантливых и волевых уходит в нашей подъяремной России – именно вдруг, и именно «противоестественно и рано» … Саша Башлачёв, Игорь Тальков, Вячеслав Клыков, Алексей Сенин, Алексей Балабанов и многие другие известные и даже ещё не известные талантливейшие Русские люди, уже при рождении которых на них «косо» поглядывает «старуха Смерть»…

Теперь все они – и зрелые мужи, и юноши, и отроки, и младенцы – молятся за нас, предстоя пред Престолом Господним. Вечная им память!

А сейчас, сегодня, в самом конце 2016 года, битва за Россию и грядущее, прямо на наших глазах нарождающееся Русское Царство вспыхивает и стремительно нарастает с новой силой. И не только Крым и Донбасс, не только Донецк и Луганск, не только Кавказ и Средняя Азия с мусульманским экстремизмом ИГИЛа, но и уже сама Россия готовится к набирающей обороты Большой Войне. Впрочем, война эта – новая гибридная война – уже давно идёт по всему миру. И снова, как и всегда, её главное духовное сражение разворачивается внутри России.

Вот, не так давно Никита Михалков в «Бесогоне» цитировал покойную великую русофобку Леру Новодворскую, где она с потрясающей ненавистью говорила о нашей с вами Родине. Впрочем, что же – Новодворская уже перешла в мир иной, в радостно встретившую её Преисподнюю… Но вот другая великая русофобка, сильно похожая на еврейского палача Лёву Задова из советского фильма «Хождение по мукам» – внучка (sic!!!) Льва Толстого – писательница Татьяна Толстая говорит, что «эту толстож…пую дуру Россию надо тащить вперёд» в прогресс, в цивилизованный мир, в Европу, в Америку… И эта толстож…пая, извините за натурализм, женщина с экрана телевизора учит Русских людей пониманию Русской (sic!!!) литературы…

Казалось бы, надо гнать всех этих Татьян Толстых и Ларис Латыниных, Викторов Шендеровичей с экранов и эфиров, но нет! – все эти современные бесы, прочно присосались к «пневмосфере» и не их гонят возмущённые наши патриоты, но они бешено и со всевозрастающей силою продолжают гнать и преследовать Русских. Вот она, братья и сестры, та самая главная «гибридная» война всё сильнее разворачивающаяся в тонких эфирных сферах между Ангелами Света и бесами сверхзлобы поднебесной и, соответственно, между Русскими наследниками Союза Русского Народа и культуртрегерами ненависти и русофобии и на радио, и в ящике Пандоры, и во всемирной сети, и на всём безконечнном пространстве нашей великой и многострадальной Матушки-России.

А Союза Русского Народа не то что совсем как бы и нет, но деятельности его как-то не очень-то и видно. Нет, конечно, есть Союз Русского Народа Михаила Назарова, к которому, кажется, примыкает Владимир Николаевич Осипов, игумен Кирилл Сахаров, Павел Киприянович Турухин из Сергиева Посада, а также, если я не ошибаюсь, Александр Турик из Иркутска и ещё ряд различных деятелей и организаций. Во всяком случае Михаил Викторович Назаров продолжает выпускать сайт «Русская Идея», Павел Киприянович Турухин продолжает писать патриотические стихи и два раза в год проводит Крестный ход по Сергиеву Посаду. Опять же, Михаил Викторович Назаров продолжает, наверное, писать и издавать книги...

Между тем, мы, т.е. Союз Православных Хоругвеносцев, Союз Православных Братств, – вместе с Нижегородской организацией «Отчизна» и ещё рядом патриотических организаций из Рязани и Калуги,

за несколько лет до Клыкова (он создал СРН в 2006 году) создали Союз Русского Народа ещё в 2002 году. Происходило это 18 июля на Празднество Преподобного Сергия Радонежского, когда после очередного Крестного Хода по Сергиеву Посаду, мы вошли в Лавру, в Троицкий Собор и, приложившись к раке Преподобного, испросили у него благословения на создание Союза. Несколько позже на очередной конференции Союза Православных Братств к нам присоединился депутат Государственной Думы Владимир Курьянович, который тогда исповедовал Православие.

Там же, на конференции, Главою Высшего Совета Союза Русского Народа был избран Владимир Николаевич Осипов, а со-председателями Союза – глава СПХ-СПБ Леонид Донатович Симонович-Никшич и депутат ГД Владимир Николаевич Курьянович (см. http://cicpx.narod.ru/2006-11-22.html ).

Но ещё позже Курьянович отошёл от Православия и «обратился», точнее, «оборотился» в язычество и, таким образом, автоматически выбыл из сугубо Православного Союза Русского Народа. А в 2009 году вдруг, опять же, скоропостижно скончался Владимир Фёдорович Калентьев. Таким образом, во главе Свято-Сергиевского Союза Русского Народа из известных деятелей остались Владимир Николаевич Осипов и Леонид Донатович Симонович-Никшич.

Что же касается Союза, Созданного Вячеславом Михайловичем Клыковым, то после его кончины, и после некоторой борьбы и сложных перипетий, краткое время Союз возглавлял генерал Леонид Григорьевич Ивашов, но вскоре, в связи с крайней своей занятостью, он снял с себя полномочия руководства. Тогда «Клыковский союз» возглавил Михаил Викторович Назаров, и возглавляет его до сих пор.

Таким образом, на сегодняшний день, т.е. на конец 2016 – начало 2017 годов, объективно существуют два Союза Русского Народа, причем один из них, возглавляемый Леонидом Симоновичем-Никшичем, называется Свято-Сергиевским, а другой – просто Союзом Русского Народа, который, как я уже говорил, возглавляется Михаилом Викторовичем Назаровым. Такова, как говорится, объективная картина, на сегодняшний день. Правда, надо сказать, что в Свято-Сергиевский Союз входят и другие Православно-Монархические организации, как-то: Союз Православных Хоругвеносцев, Союз Православных Братств, Собор Архистратига Михаила-Архангела, Сербско-Черногорский Савез Православних Барjактара. Но главным и наиболее известным из них, конечно же, является Союз Православных Хоругвеносцев, а остальные являются как бы его отделениями или филиалами. И Союз Православных Хоругвеносцев вот уже 25 долгих лет ведет чисто практическую деятельность, которая хорошо всем известна. На Преображение Господне, 19 августа 2016 года за эту самую «практическую деятельность» глава СПХ Леонид Донатович Симонович-Никшич и был награжден Орденом Святого Царя-Мученика Николая Второго. Хоругвеносцы же все были награждены грамотами, которые им, как я уже писал, в храме Сошествия Святаго Духа, на Лазаревском кладбище, где настоятелем игумен Сергий Рыбко, от имени Наградного комитета международной награды общественного признания «Слава России», вручал Начальник Войсковой Православной Миссии Игорь Евгеньевич Смыков. И все считают, что эти награды заслужены и даны именно за деятельность всем хорошо известного Союза Православных Хоругвеносцев. А то, что СПХ сам, как часть, входит в организованный в 2002-м году, прямо у раки Преподобного Сергия, Свято-Сергиевский Союз Русского Народа – сегодня мало кто и знает. Тем не менее, это именно так. Ибо полученное в Троицком соборе Троице-Сергиевой Лавры благословение игумена Земли Русской – Святого Преподобного Сергия Радонежского, как вы понимаете, –    н е    о т м е н и м о …    Так что продолжаем работать, братья и сестры, продолжаем работать. Ибо впереди у нас два «знаковых» года: 2017-й – столетие сатанинской «революции», и 2018-й – столетие ритуального убиения адептами Тайны беззакония Святой нашей Царской Семьи.

Святии Царственниии Мученицы, молите Бога о нас !

Глава Союз Православных Хоругвеносцев,

Председатель Союза Православных Братств,

Представитель Ордена Побежденного Дракона

во имя Святого Георгия Победоносца, Глава Сербско-

Черногорского Савеза Православних Барjактара

Леонид Донатович Симонович-Никшич

 
 
l_d_nikshich
23 November 2016 @ 07:27 pm
Русская Мистическая Победа


В последнее время в мире произошли знаковые события. События из той серии, в совершении которых мир полностью переворачивается. Произошли события, не «знаковые» и даже не «символические» – произошли события «мистические». После открытия памятника Ивану Грозному в Орле, мир – я уверен в этом, – полностью «переворачивается». И вектор его, опять же, полностью меняется с Левого («демократического») на Правый («консервативный»). Говоря образно – образ мира теперь представляет не Ленин с его атеистическим коммунизмом, а Иван Грозный с его Православным Царством Последних Времен.
Первым из таких событий — которое носило значение абсолютного духовного прорыва был момент, когда Наталья Поклонская вышла на шествие «Безсмертного полка» с мироточивой иконой Царя Мученика Николая Александровича. Это был невероятной силы удар по цементной стене левой идеологии, все еще довлеющей над всем миром, и, особенно, доминирующей у нас в стране.
Как они все завопили… Не сметь! Можно идти только с Красными героями! Только с Александром Матросовым и Зоей Космодемьянской! А не с этим «слюнтявым отрешенцем», предавшем родину во время Первой Мировой! Презренный Николашка! Он угнетал народ, он устроил Ходынку и Кровавое Воскресенье! Да, жаль, что мы не в Китае живём. А то бы мы устроили Тянь Ань Мынь всем этим боярам, царям и королям! Передавили бы их гусеницами танков, размазали бы по брусчатке! «И правильно, его — этого Николая Кровавого — расстреляли в Екатеринбурге по приказу самого гуманного человека на земле — нашего дорогого  Ильича!»
Последнее мнение, насчет «правильно» наиболее чётко и ясно в одном из видео-интервью выразил один из лидеров Евразийского движения — Гейдар Джемаль. Он прямо так и сказал:
— Самым великим событием XX века было то, что Ленин приказал убить всю Царскую Семью!
И вдруг, нате вам! В общем-то, в левом, точнее «примирительном» лево-правом, красно-белом, так сказать, но в сущности всё равно советском красном марше «Безсмертного полка», впереди всех, в руках генерального Прокурора Крыма, Натальи Поклонской появляется мироточивый образ Царя-Мученика Николая Александровича!
Воистину это было явление Царя народу. Царя-Мученика — Народу-Мученику. Царя, который прямо так и сказал:
«Если для спасения России нужна искупительная жертва, Я буду этой жертвой. Да будет Воля Божия».
Я со всей ответственностью, исходя из многолетнего опыта духовной брани за Святого Царя-Мученика и за Священное Русское Царство утверждаю — что поступок Натальи Поклонской, вставшей в первый ряд «Безсмертного полка» с мироточивой Иконой Царя-Мученика, есть величайший прорыв в битве Русского Света против извечной Багровой Тьмы, окутавшей и поглотившей нашу землю в 1917 году.
Как они противостояли, так они и теперь противостоят друг другу: Ангельский образ Натальи Поклонской с иконой Царя в руках, и демонский образ Гейдара Джемаля его «формулой» о приказе Ленина:
Свет — Тьма
Христос — Дьявол
Царь — Ленин
Рай — Ад
Православие — Атеизм
Царство — Коммунизм
Поклонская — Джемаль
Этот ряд можно продолжить до бесконечности. И именно слова Натальи Поклонской, противопоставившей доброго и святого Царя — злодеям и кровопийцам XX века, и прежде всего Ленину, взорвали наше спящее общество и дремлющий интернет. Ибо явление Натальи Поклонской с Образом Николая Второго — т. е. прямое явление Святой Руси на духовной территории Кощеева царства и её же слова о «гениях» проливших моря человеческой крови — есть, повторяю, первый величайший прорыв незримой дымовой завесы, окутавшей Русь — Россию в 17 году. И то, что прямо в преддверии столетия «Великой сатанинской революции» произошло это явление Царя Народу — говорит о том, что незримая Сеть лопнула, прорвалась и началось её самосжигание, наподобие скукоживающейся шагреневой кожи...
Второе великое событие мировой истории — есть открытие памятника царю Ивану Грозному в Орле. Именно из-за него, этого, прежде всего, мистического события и начались воистину глобальные перемены во всём мире. Царь Иван Васильевич и Грозный его Опричный Русский Дух — явился в мир и мир затрепетал. И затряслись все эти ТНК, заскрипела зубами вся подземная Инфернальная мировая закулиса, забилась в падучей вся цивилизованная, политкорректная, толерантная, интернационалистско-космополитическая «творческая» «интеллигенция». И все они завопили и возопили, заохали и заухали, завизжали и застонали. Как?! Кто разрешил?! Как посмели?! Прекратить! Прервать! Стереть! Растереть! Уничтожить!
Ибо вдруг в мире произошло событие, которого уж совсем никто не ожидал. Удар был такой силы, что вся эта всемирная мiровая «элита», весь этот «истеблишмент», на какое-то время потерял дар речи... А потом раздался визг и вой «сферы злобы поднебесной». Ибо в деснице у Грозного Царя над миром был поднят — самый главный символ Света на Небе и на Земле — Русский Православный Крест...
Вот и завыл, забился в припадках, заскрипел зубами весь Всемирный мiровой InFernational.
Да, теперь по всей России начнется мистическое шествие памятников Русским Царям. И начнется оно потому, что в России незадолго до этого Наталья Поклонская вышла на шествие «Безсмертного полка» с иконой Царя-Мученика Николая, а через некоторое время, в Орле было явление… Покрывало спало и всем нам открылся Грозный Царь на коне, с Крестом в деснице...
Всё, братья и сестры. Всё, дорогие мои нормальные Традиционалисты-Консерваторы. Всё, дорогие мои Монархисты-Патриоты, всё — противники сатанизма и Содома. Их время кончилось. Вектор Истории повернулся направо. Скоро задует сильная снежная Русская метель. И по Москве пойдет отряд из Двенадцати, уже не пролетарских расстрельщиков, а пойдет в пурге и снеге — та самая армия Архистратига Михаила, которая и изображена на хранящейся в запасниках Третьяковки Иконе «Благословенно воинство Небесного Царя», которая скоро уже выйдет на Белый свет — да и уже выходит в Орле, скоро выйдет в Александрове, в Казани, в Астрахани, в Вологде, Владивостоке и, наконец, в Москве, на Лубянской площади, встанет, наконец, Грозный Иоанн Васильевич с предстоящими, со всей Опричниной, во главе с Григорием Лукьяновичем Бельским, по инициатическому прозвищу Малюта Скуратов...
Всё — Наталья Поклонская начала, Иван Грозный продолжил, а Малюта уж постарается...
В России наступила эра Нового Консервативно-Традиционалистского Средневековья. Слава Опричнине!


Глава Союз Православных Хоругвеносцев,
Председатель Союза Православных Братств,
Представитель Ордена Побежденного Дракона
во имя Святого Георгия Победоносца, Глава Сербско-
Черногорского Савеза Православних Барjактара
Леонид Донатович Симонович-Никшич
 
 
l_d_nikshich
19 November 2016 @ 03:58 pm

ЯКО С НАМИ БОГ! (битва вокруг имени Грозного Царя) - II

«Опричнина»

Итак, согласно Борису Кнорре, в конце 90-х к началу нулевых, в России появилось «опричное богословие» и «опричная иконография», обрамляющая жестокость иконописной стилистикой и образами… Ну, не знаю, как насчёт «жестокости», но «обрамление» действительно было. И всё это опричное богословие и опричная иконография в главном развивалась внутри полутайного тогда Братства Царя – Мученика Николая Второго Александровича, вождём, руководителем, теоретиком и богословом которого, как я уже говорил, был Андрей Алексеевич Щедрин, больше известный среди «царебожников» как автор опричной литературы – Николай Козлов. Самое интересное, что автор статьи «Царебожники» Борис Кнорре откуда-то черпал довольно точную информацию о делах различных «опрично-царебожнических» кругов. Я очень хорошо помню, как впервые легализовалась Царская Опричнина. Это было, кажется, в 90-м или 91-м году. Происходило это в большом подвале прекрасного сталинского дома рядом с метро «Университет». Помнится, на сцене, на которой слева стоял закрытый холщёвым мешком бюст вождя мiрового пролетариата, отчего вождь был похож на еретика, приготовленного монахами Геннадия Новгородского на сожжение, так вот, на сцене этой сидели четыре, как я сейчас помню, мрачно-молчаливых и не улыбающихся, человека, изображавших, как я понимаю, неких тайных православных старцев. Точнее молчавшими были трое их них, четвёртый же был священник в скуфье, подряснике и с крестом на груди. Это был знаменитый тогда писатель и богослов, который, ненавидя большевиков и исповедуя монархизм, входил в круг, так называемых «легитимистов», т.е людей признающих право Великих Княгинь Леониды Георгиевны и Марии Владимировны на престол. Правда, сидел он на сцене не долго, потому что ведущий Вячеслав Дёмин во всеуслышание заявил, что собравшиеся в этих третьеримских катакомбах не признают право двух вышеназванных великих княгинь. Услышав это, священник резко покраснел так, что лицо его стало малиново-багровым и закричал: «Я выражаю протест! Леонида Георгиевна и Мария Владимировна являются единственными легитимными наследниками Российского престола! Я выражаю протест и покидаю это кощунственное собрание!» - прокричал он и, развиваясь подрясником, помчался к выходу…
Наши старцы на сцене, что называется, даже ухом не повели. Следующим номером было то, что Слава Дёмин объявил о создании и утверждении с сегодняшнего дня – Царской Опричнины, которая берёт на себя функции некоего тайного Органа по восстановлению законной Монархической власти в России и таким образом становится главной структурой среди всех других Монархических организаций.
Тут уже возмутилась Евгения Владимировна Марьянова-Давыдова и её верный сподвижник художник Пётр Парфененков. Последний, сидя в первом ряду, резко обернулся ко мне, и почти закричал:
- Что же Вы? Надо срочно выступить против! Против этой самой Опричнины!
- Ведь они всем головы будут рубить! – воскликнула Евгения Владимировна.
Но я как-то не прореагировал. Не прореагировал же я потому, что мне было очень, даже невероятно как-то интересны, именно «православные деяния» этих самых старцев и иже с ними, с мрачным видом, молча сидящих сейчас на сцене, с какими-то бледными, загробно-инквизиторскими лицами… Где-то в глубине душе я чувствовал, что только вот такие «воскресшие из мертвых» и полностью отрешённые от мiра – «живые мертвецы» - могут противопоставить себя, свергнуть и победить «красных большевистских вампиров», которые почти что сто лет пьют кровь из Русского народа… Да, на красных палачей «жидовской ЧеКи» Ленина-Свердлова-Дзержинского нужны чёрные монархические палачи Ивана Грозного, такие, каким был Малюта Скуратов. Палачи, которые в прямом смысле «калёным железом» выжгут пришедшую с Запада извечную красную большевистскую ересь.
Вот, примерно так начиналась тогда в «начале нулевых» «опричное богословие» и «опричная иконография», о которых пишет Борис Кнорре.

«Монастырь в миру»

«Высказывалась точка зрения, - продолжает он, - что опричнина – это вроде «монастыря в миру» и что неплохо бы такой монастырь возродить. Или организовать жизнь в России по некоему опрично-монастырскому уставу с жёсткой дисциплиной и осознанием своей осаждённости (Л.Д.С.-Н.) в кольце врагов».
Уловлено вообще-то правильно, но опять же «уловлено». А мне, автору этой рецензии, ничего улавливать было не нужно. Я как всегда был внутри этой «опричнины», в самом её, так сказать, эпицентре. И «точка зрения» насчёт создания «монастыря в миру» не «высказывалась», а действовала в полную силу, как я уже писал выше. В монастыре этом был «отец-игумен» - Андрей Щедрин. У Царя-Игумена, т.е. по сути Царя-Священника, был и свой опричный клир, они же главные рыцари Братства, куда входили Вячеслав Дёмин, Леонид Болотин, Андрей Хвалин, Валерий Архипов, Алексей Широпаев и ещё ряд «братьев», которые в таком же составе входили и в редакцию, выпускаемой Братством повременной Опричной грамоты «ЗЕМЩИНА». И дисциплина в Братстве, действительно, была очень и очень жёсткой, и напоминала что-то среднее между строгим монастырским послушанием и опять же строжайшим воинским иерархическим подчинением младших старшим. Впрочем, ни одной головы отрубить не успели, ибо Опричное Братство – вдруг, как-то неожиданно – взорвалось изнутри и распалось… Но это уже, как говорится, другая история. А пока в «начале нулевых» наше «Опричное Братство» уже работало на полную, так сказать, катушку…
Дело в том, что в России дела «полезные», т.е. «реабилитация» и «прославление» Ивана Грозного и Григория Распутина зачастую принимают несколько странные и даже, я бы сказал, «фантастические» формы… Впрочем, не только внутри Православно-Монархического движения, а вообще во всех «движениях», как левых, так и правых. В этом смысле Фёдор Михайлович Достоевский был совершенно прав, воссоздавая в своих романах совершенно «ирреальный», фантастический мир русской действительности. Помнится, не один раз перечитывая его романы, и особенно «Бесы», я ловил себя на мысли, что такие вот «фантастические» типы как Раскольников, Ставрогин, Верховенский могут быть не только в «левом» движении, но и в «правом»… И что эта самая «фантастичность», полная «неотмирность» и стремление во всём пойти «до самого конца» - есть в отличии от Запада, может быть, главная, причём драгоценная, черта Русского человека. Что же касается «царебожников» и прославляющих Грозного «опричников», то это вопрос вообще очень сложен. Ибо в Православной Монархической среде действительно очень сильны «ненормальные», с точки зрения приехавших к нам из «цивилизованного мiра» «сектоведов», апокалиптические настроения. Но ведь и «реальность» сегодняшняя такова. Так что, описывая Братство Царя-Мученика, я не отходил от правды. Да и зачем мне отходить, когда я и сам какой-то такой «опричник» и «царебожник»…

«Страшный сон либералов»

Но продолжим разбор статьи «Царебожники» в «Новой газете».
«Суть «опричной иконографии» (количество икон Ивана Грозного в начале нулевых росло в геометрической прогрессии), - пишет далее Борис Кнорре, - выражает, например, вот такое описание образа Грозного на одной из «икон», написанной его апологетами: «Он как бы обращается к своим врагам: «Придите к нам и покайтесь – и Мы упокоим вас!.. Мы вас, конечно, казним, и смерть ваша будет лютой, ибо страдания, принятые при жизни от карающей Царской десницы, есть очищение и искупление. Перед смертью вас исповедует священник, и вы, прощённые, с отпущенными грехами, пойдёте прямо на Небеса» (Симонович-Никшич Л.Д., Страсти по Иоанну // Портал-Кредо.Ru, 2003 г., 26 сентября). Леонид Симонович-Никшич – руководитель Союза Православных Хоругвеносцев».
Ну, что же, я и сегодня, в 2016 году, не отрекаюсь от написанного тогда, в 2003-м. Правда, я писал это в моей обычной, «гоголевско-достоевско-булгаковской», так сказать, манере. Несколько «иронизируя» и над врагами Грозного Царя и над современными нашими «опричниками». Впрочем, эта цитата из «Страстей по Иоанну» несколько, скажем так, «вырвана из контекста».
А почему, братья и сестры, стояли мы «потрясённые» тогда перед Царём Иоанном Васильевичем, спрошу я вас сегодня, через 13 лет после этого события! А потому стояли мы потрясённые – пред Царём Иоанном Васильевичем, что уже тогда, в Доме творчества на «Челюскинской», почувствовали, что в этой комнате Дома творчества художников родилось то, чего в своих страшных кошмарных снах долгими московскими ночами видят все наши культурртегоры от либерализма. А видят они, что впереди на крылатом коне несётся Архистратиг Воинства Небесного Архангел Михаил, а за ним на белом коне с Крестом в руке скачет Грозный Царь Иоанн Васильевич, а за ним грядущее карать еретиков и изменников, провокаторов и растлителе й, педерастов и педофилов, олигархов и негодяев – грядёт в чёрных, надвинутых на глаза капюшонах, грядёт как в страшном и апокалипсическом видении – опричная гвардия Грозного Царя… Но даже не это самое ужасное в этом страшном сне либералов. Куда страшнее, «что за Опричным воинством Крестным ходом движутся огромные, те самые «тёмные массы», те самые жуткие «погромщики-черносотенцы», те самые с совершенно разбойными рожами – тёмные русские мужики, те самые Микулы Селяниновичи, которых - «сколько мы, либералы, не потрясали, не переводили в городской пролетариат, не травили газом в Кронштадских, Тамбовских и Ярославских восстаниях – а они, вот они – воскресли, и иду-грядут жутко копашащейся гигантской тёмной черносотенной массой и - всё, о боги, боги! – нет больше спасения всей нашей культурной рафинированной, стремящейся туда, туда в Цивилизационно-Культурный Запад, в Берлин, в Париж, в Рим, в Милан, и за океан – в Нью-Йорк, туда, на Брайтон Бич, туда в Бастон, где культура, где поёт наш Элтон Джон, где играет Порги энд Бесс, наш Гершвин, где молится наш Шнеерсон, где мы во главе со сверкающим огненным Ангелом уже завоевали, уже покорили весь западный мир, эту глупую Европу, эту глупую антисемитскую Францию, эту глупую чреватую холокостом Германию, эту их мафиозную Италию, эту инквизиторскую Испанию. И там всё – там Европе конец! А тут, о, боги, боги!- тут никогда не знаешь, в каком мире проснёшься, в этой жуткой непредсказуемой, дикой, варварской России!»
И вот случилось. В Орле уже встал памятник самому страшному для культурных деятелей, ужасному для Лунгиных, Учителей, Райкиных - воздвигнут памятник «самому жуткому вампиру всей человеческой истории – тирану, изнасиловшему 700 тысяч девственниц, убившему в Новгороде 600 миллионов жителей и утопившему в Волхове шесть миллионов евреев – страшному жуткому Царю Иоанну Грозному. Нет, нет! Мы этого так не оставим! Мы подадим в суд, в ООН, в Гаагский трибунал! Мы устроим всем этим осмелевшим, и вдруг вылезшим откуда-то из небытия – ненавистным русским! Мы заставим их сбросить этот отвратительный, этот безобразный, мерзостный памятник! Мы, мы, мы – о, боги! – неужели мы уже не сможем остановить этого страшного шествия по Земле Царя Иоанна Грозного? Неужели мы теперь будем вместо стихов нашего Дмитрия Быкова, вместо обличительных речей Константина Райкина, слышать вот эти страшные, жуткие слова, обращённые к Ивану Грозному:

"- Помози нам своим грозным заступлением, словом и делом твоим свергнуть коварное жидовское иго! Призови нас в свою Опричнину ратовати за Святую Русь и стань во главу воинства Христова! Яко с нами Бог, разумейте языцы и покаряйтеся! А-минь".

Глава Союз Православных Хоругвеносцев , Председатель Союза Православных Братств, представитель Ордена святого Георгия Победоносца и глава Сербско — Черногорского Савеза Православних Барjактара

Леонид Донатович Симонович — Никшич

 
 
 
l_d_nikshich
18 November 2016 @ 04:23 pm

Битва вокруг имени Грозного Царя

Теперь обратимся к интересной статье Бориса Кнорре «Царебожники) в «Новой газете» (пятница, №118 от 21.10.2016, стр.4-5). Перед статьёй жирным шрифтом: «Установка памятника Грозному в Орле вызвала всплеск критических комментариев. Личные политические пристрастия, побудившие губернатора к воздвижению такого памятника, в целом понятны. Однако, немаловажный вопрос остаётся в тени: насколько появление нового монумента царю соотносится с настроениями Русской Православной Церкви? Памятник освятил духовник патриарха Кирилла Илий, в событии принимали участие и другие священники. Существует ли у попыток реабилитации Ивана Грозного изначальная подоплёка, или, напротив, симпатия к тирану среди отдельных священников результат чисто политических и светских процессов? Перенесёмся, - пишет Борис Кнорре, - на 20 лет назад и вспомним, как проходила компания за канонизацию Ивана Грозного и какие аргументы в пользу почитания Ивана Грозного проговаривались в церковной среде в то время».

Тут у меня сразу возникает замечание. Дело в том, что «20 лет тому назад» я был одним из активных участников не только «кампании за канонизацию» Царя Иоанна Васильевича, но и всего тогдашнего монархического движения. Так вот, даже тогда речь шла не о «канонизации» Грозного Царя и тем более, разумеется, не о «реабилитации», а именно о его «почитании» и «прославлении». Причём «прославлении» не столько официальной церковной верхушкой, сколько о «мистическом прославлении самим Народом Божиим». И оно, это «почитание - прославление» действительно было очень сильным. И вот сегодня мы являемся свидетелями его нового «всплеска», подготовленного 20-тью, а то и 30-тью, годами «подспудной работы». Дело в том, что тогдашним монархическим идеалистам «царебожникам» и в голову не могло прийти, что через 20-ть лет Русский офицер губернатор Потомский и его соратники из администрации города Орла выдержат борьбу и настоят на «воздвижении» в вверенном им городе памятника Первому Русскому Царю. Ведь для нас мир тогда делился собственно на «чающих воскресения мертвых», точнее уже воскресших из мёртвых, нас - монархистов, и на весь остальной люд, куда входили и губернаторы, и офицеры, и все остальные, пусть даже и православные граждане огромной страны. Ибо вот мы - малое стадо, которое не боится, ибо Царь Иван Грозный в подражание Господу победил мiр, и мы сами вослед Царю Иоанну сделали тоже самое, ибо мы вышли из мiра, разорвали его сети и, отвергнув его соблазны и ложь, живём отдельным, я бы сказал, эсхатологическим обществом верных, замкнутая община которых построена по образцу самой Опричнины Грозного Царя, или даже апостольской общины Самого Господа нашего Иисуса Христа. А что? Там их, апостолов, было вначале двенадцать - и нас вначале было примерно столько же.

Это в Москве - Третьем Риме, а ещё несколько таких же «могучих кучек» по просторам Руси: в Санкт-Петербурге (главные - Душенов и Астахов), в Нижнем Новгороде (главные - Колентьев и Рубцов), в Екатеринбурге (главный - Верховский), во Владивостоке (главный - Хвалин), а также в Ярославле, Любиме, Гусе Хрустальном, в Сергиевом Посаде (главный - Турухин) и во многих других городах, городках, весях и медвежьих углах нашей невидимой эсхатологической державы Последних Времён. И всё это «Незримое Монархическое братство», всю эту «Новую Русскую Опричнину» возглавлял тогда Игумен всея Руси - Глава Братства Святого Царя-Мученика Николая II Александровича Андрей Алексеевич Щедрин. И удивительнее всего было то, что и даже жил наш Игумен на улице с названием Новая Басманная, совсем недалеко от здания Басманного суда. Вообщем мистики и воображаемой, и настоящей, и выдуманной, и не выдуманной было так много, что с течением времени у некоторых братчиков-опричников начала несколько, как говорит наш Хоругвеносец Алексей Манухин, «болеть кукушечка», или, как более определённо выражается его величество Русский народ - «ехать крыша»...

Это моё «отступление» показалось неуместным одному из моих заместителей, так как, считает он, помогает Борису Кнорре выставить всех монархистов, прославляющих Грозного, дураками. Но я так не считаю, ибо «перегибы» и «головокружения» действительно были. Но и правда Божия тоже ведь была... да ещё такая, что вот сейчас через 20-25 лет мы видим результаты той нашей работы в виде уже вставшего в Орле первого памятника Грозному Царю.

Впрочем, я увлёкся, и не будем, как говорится, «забегать вперёд»...

Итак, автор «Царебожников» пишет: «В середине 90-х в издательстве «Царское дело» в Санкт-Петербурге вышла книга под именем известного в церковной фундаменталистской среде Митрополита Иоанна (Снычева) «Самодержавие духа», где приводилась необычная для церковного читателя апология Ивана IV. В книге дан образ исключительно благочестивого царя, сделавшего для Русской Церкви и России одно только благо, без деления на светлый и чёрный периоды его правления, «чёрные страницы» в истории Грозного просто отвергаются - будь то убийство сына, зверства и многожёнство».

Так начинает свой обзор русского монархизма 90-х годов XX века в статье, написанной, как он сам пишет, «специально для «Новой»», её на удивление знающий и компетентный автор - Борис Кнорре. В дальнейшем мы разберём его статьи более подробно. Пока же лишь скажем, что при прочтении их складывается впечатление ,что автор, хоть и делает вид, что является противником фундаментализма, на самом деле и ему (фундаментализму), и конкретно «царебожникам» симпатизирует. Так правда зачастую завладевает нами  независимо от наших намерений и желаний...

О, стено и забрало Земли Русской, Царю Иоанне - моли Бога о нас!

Опричнина как сказочный лейбл. Далее в статье «Царебожники» идет главка под названием «Русофобы из Средневековья».  «Логика «опровержения», - пишет Борис Кнорре, - построена на том, что, материалы, на которые опирается историческая наука (либеральная историческая наука - Л.Д.С.-Н.), исходили из-под пера иностранцев, очернявших правление первого царя...».

В частности, мифом, навязанным врагами России, объявляется факт умертвления митрополита Филиппа. Сюжет лёг в основу фильма «царь», режиссёр которого Павел Лунгин высказался на тему открытия памятника Грозному в «Новой газете №117, и с которым, как я уже писал в предыдущих статьях, у нас была довольно жёсткая дискуссия на премьере фильма в Государственной думе. Я тогда сказал, что да, фильма сделан мастером, более того некоторые сцены и образы, например, образ Малюты, просто-таки Шекспировские. Поэтому о фильме Павла Лунгина можно сказать, что это «талантливо сделанный... плевок в самую душу Русского народа, который и показан в фильме как «тупое, злобное и жестокое быдло («рашко-ватники» по современному - Л.Д.С.-Н.), и зверь-медведь, убивающий девочку есть метафора-олицетворение образа всего Русского народа, как его видит Павел Лунгин и другие либеральные деятели театра и кино.

Далее в статье Кнорре идёт очень интересная главка под названием «Апология жестокости». Автор пишет: «В постсоветском пространстве была, однако, предложена и другая линия апологии Ивана Грозного, где его карательный облик не отрицается, а наоборот, оправдывается... Апология жестокости Грозного с религиозной точки зренияпредлагает видеть особую ценность самих по себе пыток и мучений людей, смотреть на истязание как на некое сакраментальное действо, «таинство», очищающее душу человека от скверны и избавляющее от загробной пенитенциарной системы. Симпатизанты тирана, - продолжает автор, - предложили рассматривать проводимые им казни в «духовно-аскетическом» ключе - в качестве орудия избавления изменников от вечных мук, утверждая, например, что казнив игумена Корнилия Псковского, Грозный царь на самом деле «уберёг» его от впадения в ересь и тем сохранил для жизни вечной (курсив мой - Л.Д.С.-Н.)».

Должен сказать, что эта очень и очень интересная главка, хоть и подана она в объективно-отречённом и завуалировано-ироническом ключе, но чувствуется, что автор, извините за каламбур, сочувствует этой самой «духовно-аскетической» концепции древних религиозных практик. И достаточно хорошо с ними знаком. В теории, конечно, взятой не только из средневековых трактатов, но и из творений Николая Козлова (Андрея Щедрина), который в своих «Опричных листках», брошюрках и книгах, достаточно подробно описывает и объясняет внутреннюю духовную суть средневековых, «изуверных», практик и «духовно-аскетических» деяний заплечных дел мастеров. Впрочем, задолго до Щедрина о таком «очищении» говорил великий борец с ересью жидовствующих преподобный Иосиф Волоцкий.

Жаль, что нет времени, а то бы на эту тему можно было бы написать целый «метафизический» трактат, где и показать, как таковые «аскетическо-экзорцистские» практики применялись как в цивилизованной Европе, так и нецивилизованной Азии...

Для чего в действительности это делалось и что подразумевали «блаженные изгонятели бесов», подвергая врагов Церкви и Государства священным мучениям. Ибо мучения эти понимались именно так. Ведь средневековый человек был безоговорочно уверен, что мучая и пытая преступника, сжигая еретика, он изгоняет из него бесов и спасает его душу для жизни вечной, что эти краткие мучения здесь снимают с преступника грех и открывают ему путь не в Ад, куда бы он должен был пойти за свои деяния, а в Рай - то есть в Царствие Небесное, ну, или хотя бы уменьшают его мучения в Аду. И преступник должен быть благодарен «тирану» и его «мастерам» за то, что они подвергают его бренное и ничего не значащее тело таким «аскетическим» практикам. Ибо они спасают его бессмертную душу. То есть пытки и сожжения не рассматривались средневековым сознанием как нечто ужасное. Наоборот, в них видели единственное для преступника и еретика средство спастись для жизни вечной... И только еретическое сознание иудаизма и жидовствующих рассматривало христианские «духовные практики» как телесные изтязания. Ибо иудаизм не знает жизни будущаго века. Он знает только посюстороннюю, причём сугубо материальную жизнь. Отсюда и такая ненависть к Христу, провозгласившего Жизнь Вечную и, соответственно - победившего Смерть. Да, жаль, что времени нет, а то бы можно было написать...

Далее в главке «Сказочный лейбл» Борис Кнорре пишет: «Подобным образом оправдывался опричный террор, а опричнина превратилась в процесс околоцерковной апологии и своеобразный бренд, сказочный лейбл, которым часть фундаменталистов стала маркировать своё социальное пространство».

Ну, тут наш исследователь несколько сильно понизил уровень и глубину своей мысли. Что такое «своеобразные бренд» и «сказочный лейбл» по отношению к «богословию опричных духовных практик», остаётся только гадать. И вообще нельзя смешивать стили! «Сакраментальное действо», Опричное «таинство» и «Духовно-аскетический ключ» как-то не вяжутся с «брендами» и «лейблами». Тут автора, конечно, подводит «социальный заказ». Раньше, помнится, он писал яснее и лучше, и объяснял русскую опричнину без американских  брендо-лейблов. Впрочем, дальше он возвращается к своему холодно-объективистскому стилю:

«К началу нулевых можно было услышать о деятельности разного рода «опричных братств», издающих «опричные издания», листки, журналы, где публиковались труды «опричных историков». Появилось «опричное богословие» и «опричная иконография», обрамляющая жестокость иконописной стилистикой и образами...».

О, да, так всё и было! И я, автор этой, так скажем, рецензии, не только принимал участие в этой самой «стилистике», но и, помнится, как в омут головой полетел в этот мистический мир «нового Русского Средневековья». Всё началось с собраний «Союза Христианское Возрождение», в Доме Телешова, где, помнится, Вячеслав Дёмин, вывешивал Чёрно-Золото-Белый флаг, возжигал перед ним свечи и произносил «скараментальное»: Помолимся, братья и сестры. И мы все вставали и пели «Отче наш», «Богородице Дево, радуйся» и сразу за ними «Боже, Царя храни!». Помню, как страшно, до глубины души, это меня, тогда ещё - а это было в конце 80-х годов - слабовоцерковлённого человека, потрясло. Я вдруг увидел и услышал как бы Царствие Божие, вдруг ставшее зримым и осязаемым в этом зале Дома Телешова на Покровском бульваре, где тогда располагалось Общество охраны памятников - легендаоный «ВООПИК». Потом выступал наш ветеран Русского движения Глава «Союза Христианское Возрождение» несгибаемый Владимир Николаевич Осипов, и за ним снова Слава Дёмин, и за ним Леонид Болотин, величайший опричный богослов Вадим Петрович Кузнецов, по прозвищу Барсик, который через 25-ть, примерно, лет стал уже Оберпрокурором Свщенного Синода созданной им «Царской Православной Церкви», в которой у него было уже пять «митрополитов»... Но тогда он, хоть и цитировал нам наизусть и удивительно точно Св.прав.Иоанна Крондштадского, всё же ещё звался просто Вадимом, Вадиком или Петровичем, и даже откликался, когда Татьяна Фелюшина называла его ласковой кличкой Барсик.

О, Господи! Какие это были времена! И всё начало Русского Царства, всех этих памятников Николаю Второму, и Святославу, и Александру Второму, и вот теперь уже - самому Великому Государю Первому Русскому Царю Иоанну Васильевичу Грозному в Орле и Александрове - всё это великое Русское Монархическое движение вышло из тогдашних 90-х годов, Православных  - катакомб, где собирались русские монархисты, и в первую очередь Вячеслав Дёмин, Валерий Архипов, Леонид Болотин, Юрий Сурхайханов, Борис Кондратьев, Сергей Фомин, Михаил Сафонов, Юрий Никуленко, Александр Побезинский, Сергей Лукин, Сергей Иванов и многие другие отцы, братья и сестры, вдруг откуда-то из-под спуда, из-под глыб, из незримой Русской бездны, как восресшие из мертвых, вышедшие на поверхность, на землю страны, которую, начиная с середины XIX века и по середину 80-х годов XX века, оккупировало учение под названием марксизм. Но вот - оковы тяжкие пали - темница рухнула и Свобода - Русская Православно-Монархическая Свобода собрала нас всех здесь под сводами старинного Дома Телешова и мы все единым гласом и единым усты, воистину восстав не просто из мертвых, а прямо из «небытия» - встали плечом к плечу и грянули: Верую!

Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас грешных!

Леонид  Донатович Симонович-Никшич, глава Союза Православных Хоругвеносцев, председатель Союза Православных Братств, предводитель Сербско-Черногорского Савеза Православних Барjяктара
 
 
l_d_nikshich
05 November 2016 @ 10:20 pm
Москва. Русский марш - 2016.












































































 
 
l_d_nikshich
18 October 2016 @ 08:48 pm

ЦАРЬ ИОАНН ВАСИЛЬЕВИЧ ГРОЗНЫЙ.

Итак, 14 октября лета от Рождества Христова 2016-го в Богоспасаемом граде Орле, несмотря на вопли и протесты «демократической общественности», установили памятник Величайшему Русскому Царю Иоанну IV Васильевичу, прозванному в народе -  Грозным. Но, уверяю вас, наши «либералы» не успокоятся. Борьба будет продолжаться. И длится она будет очень долго. Впрочем, до этого она ведь шла не один год. Помнится, лет эдак 15-ть назад один из наших Хоругвеносцев написал парсуну Грозного Царя, и я уже писал об этом, но немного повторюсь.
Мы приехали к нему в Дом творчества и воочию увидели образ Царя, увидели парсуну Царя Иоанна Грозного, написанную нашим хоругвеносцем Дмитрием Кудряковым. Царь был очень сильным и действительно Грозным. Но глаза его, и через них душа, – были удивительно светлыми и благостными. Держа в руках меч и свой знаменитый посох, он, смотря прямо на нас, как бы призывал остановить крамолу. Будто бы начинался праведный Христианский суд… Но не только к нам обращались его глаза. Одновременно он как бы обращался к своим врагам: “Придите к нам и покайтесь, – и мы упокоим вас! Мы лишим вас тревоги и безпокойства, и спасем вашу душу для упокоения вечного… Мы вас, конечно, казним, и смерть ваша будет лютой, ибо страдания при жизни, страдания принятые от карающей Царской десницы есть очищение и искупление. Перед смертью вас исповедует священник и вы, прощённые, с отпущенными грехами, пойдёте прямо на Небеса, где вашу прощенную и умиротворенную душу встретят уже не палачи с топорами, и не черти с крючьями, но ангелы ликующие и поющие: “Али-луй-ия, Али-луй-ия, Али-луй-ия!” – Да, глаза у Царя были удивительные. Он смотрел нам прямо в душу как бы говоря:
– Дерзайте, воины Христовы! Боритесь за мое Честное Имя, и я вместе с сонмищем Русских Святых приду к вам на помощь и поддержу!
И мы, молча, стояли пред его светлые очи, умиротворённые и потрясённые. Стояли здесь в узкой студенческой комнатке художественного Дома творчества, недалеко от станции железной дороги с символическим названием “Челюскинская”. Да и правда, ведь и мы в этой комнате, в этой чёрной Русской ночи дрейфовали на льдине, среди океана злобы и непонимания, и вокруг нас в чёрной воде, среди закипающих белых волн, по их пене носились полу-прозрачные чудовища, и из волн выглядывали какие-то странные лица, очень похожие на те физиогномии, которые смотрят на нас с полотен западно-европейских художников, когда они изображают чертей, дьявола, что-то среднее между козлиной мордой и дьявольской харей, причем с улыбочкой на тонких, злобно искривленных губах, глумливой и издевательской… Вот вынырнула, точнее всплыла, какая-то полу-бабья, полу-азийская физиономия, и размахивая широкими рукавами рясы, заверещала:
– Они все выжили из ума! Они все выжили из ума! Отец Николай перед смертью несомненно выжил из ума, впал в детство, начал нести околесицу на непонятном языке. Тарабарщина какая-то! Тарабарщина вперемешку с пророчествами! – и рукой всё махал, мол, не безпокойтесь. Скоро прославят и Царя Иоанна Грозного, и Распутина!.. – Как можно! Мы должны заявить во всеуслышание, – мы категорически против таких пророчеств! Ка-те-го-ри-чес-ки! Вокруг таких юродивых всегда собираются полу-безумные секты. Так было с Серафимом Саровским, так было с Иоанном Кронштадским, Мотовиловы там всякие, Нилусы, так было с о. Иеронимом в Санасарском монастыре, также было с выжившим из ума отцом Николаем Гурьяновым. Подождите! В ближайшее время такая секта соберётся и вокруг отца Кирилла Павлова!
– Соберётся, соберётся, – согласно закивали головами подводные гады.
– А как же, ведь отец Кирилл радостно плачет, когда ему говорят, что кто-то, например Распутин, – не был злодеем, а был добрым человеком, потому что одним из признаков старческого маразма является именно это качество, когда в людях хотят видеть добро, а не зло, которым они насквозь пропитаны. Распутин! Разве мы не читали воспоминаний Феликса Юсупова?!
– Читали, читали, – дружно закивали гады с соседних волн, – все читали, и воспоминания дочери Распутина Матрены читали, – воскликнул один знаменитый, всем известный священник. – Дочь не будет врать, она пишет, что её отец в момент исцеления становился мертвенно бледным – как смерть! Какой силой надо исцелять, чтобы становиться мёртвым, с закатившимися под лоб глазами?”
– Вельзевуловой, Вельзевуловой! – закричал профессор-сектовед Дворкин и весь остальной Всемiрный Морской Богословский Собор радостно и быстро закивал головами.
Так уже тогда разворачивалась битва против Царского Друга Григория и Первого Русского Царя Иоанна. Но и мы продолжили свою битву.
Так ещё 4 апреля 2003 года мы с моим заместителем по СПХ Валерием Александровичем Левченко были у художницы Ирины Горской. Она заканчивала образ Царя Иоанна. Царь изображён в схиме, с Крестом и Мечом в руках. Схима чёрная, переливающаяся различными серебряными тонами, как на полотнах Павла Корина. Плечи только показались слишком покатыми, как-то слабы были для Грозного Царя, который воплощал в себе рождение и создание Третьего Рима. Мы сказали Ирине об этом, и она сразу провела по холсту чёрным карандашом уверенную и чёткую линию, и плечи сразу отвердели, и сразу же появилась сила. Потом тут же положила кистью чёрную краску – уверенным, таким, и широким мазком, – и плечи совсем превратились в державные рамена Властелина Всея Руси. Надо же так! Одна линия, очертание, меняют всю фигуру, придавая ей мощь и силу.
Я забыл сказать, что как только мы вошли в комнату, я попросил рядом с этим образом Царя Иоанна повесить еще один на черном фоне. Ирина эксперементировала, попробовала сначала один, затем другой образ, а теперь, когда они висели рядом, я вдруг увидел Пересвета и Ослябю! Мелькнула даже мысль отказаться от Иоанна Грозного, благо у нас уже есть Чёрная хоругвь с его изображением, работы Юрия Петровича Копосова, но тут же эта мысль, это искушение, была отметены. А вот так нас лукавый пытается уловить: “Откажись от знамени Грозного Царя ради знамени Монахов-Воинов, ведь именно они были героями Куликовской битвы, и именно там, на поле Куликовом, произойдёт решающее сражение Хоругвеносцев с силами злобы поднебесной!” Но тут же эта мысль была отброшена, потому что не на Пересвета с Ослябей катят бочку Дворкины и весь Всемирный Водяной Собор, нет – не на Пересвета, а на Иоанна – на Царя Иоанна Васильевича направлены сейчас их отравленные змеиным ядом стрелы… Пересвета с Ослябей они даже готовы прославить хоть сейчас, и памятник им на “Автозаводской” в детском скверике, на месте бывшего кладбища Героев Куликовской Битвы поставить, только вот денег никто не даёт, потому что, почему-то очень медленно отступают и завод “Динамо”, построенный на месте бывшего Старо-Симонова монастыря, и конструктивистский Дворец Культуры завода ЗИЛ, построенный в стенах Ново-Симонова монастыря, на месте храмов и монастырских строений… Но там, как ни странно, дело пусть медленно, но идёт, идёт, а вот с Царём Иоанном – никак. Потому что Царь сей, Грозный и безумный, – по их словам, душил митрополитов, рубил головы настоятелям, утопил Новгород в крови, кидал не желающих принимать Крещение жидов в быстрые воды Волхова, и, главное, огнём и мечом искоренял ереси, колдовство, волхвование и новые гуманистические веяния, которыми тогда задышала просвещенная еврейской каббалой Европа… И не только евреи (и тогда, и сейчас) возмущаются и зубами скрипят, но и вся демократическая гуманитарная наша наука, начиная с Карамзина, и оканчивая Лихачёвым с Аверинцевым, она ведь вся категорически – ка-те-го-ри-чес-ки!!! – против этой самой канонизации “совершенно безумного маньяка и кровопийцы”.
– Я вам точно говорю, совершенно точно вам говорю, что он собственноручно тянул жилы и опускал в кипящее масло священников и князей древнейших, самых что ни на есть аристократических родов, вырывая у них признание в заговоре против его кровавой тирании! – вещал некий таинственый адепт какой-то особо эзотерической ложи герметического элевсинско-дельфийского посвящения. И ему со знанием дела кивал умудренный тайными знаниями каббалист, собирающийся в скором времени воскресить всех выдающихся российских розенкрейцеров…
Странно как-то получалось, почему-то именно на фигуре Грозного Царя Иоанна Васильевича сошлись в полнейшем взаимопонимании очень различные, часто даже противоположные, подчас даже антагонистические течения и направления эзотерической мысли.
Гуманист и колдун, прагматик-рационалист и крайний спиритуалист-мистик, крутящий блюдца и столы, и, подобно Аэндорской волшебнице, вызывающий духи древних Царей Навуходоносора, Вальтазара и Кира, и даже, прости Господи, самого Пророка Даниила.
Сейчас все они сидели вместе, за большим круглым столом с дыркой посередине, и единодушно, в один голос осуждали – да что там осуждали, – судили Грозного Царя. Были тут и наши московские батюшки, представители высшей научной элиты просвещённейшего нашего духовенства, всей нашей богословской мысли, преподаватели духовных академий, университета Апостола-Евангелиста Иоанна Богослова, Московской Духовной Академии и других набирающих силу духовных школ Москвы. Как все эти люди оказались вместе в этом круглом зале с высокими окнами, кто усадил их всех за этот круглый стол, пожалуй, никто бы из них не смог сейчас ответить. Хотя нет, кое-кто и смог бы, только никогда, ни под какой пыткой, ни при каком вытягивании жил, не ответил бы, не проронил бы ни единого звука о великой, объединяющей всех этих людей Тайне. А между тем, Тайна эта была всё та же – вечная, даже извечная, и имя ей было всё то же, от времен Пророков до наших с вами, ещё более эсхатологических и апокалиптических времён, совсем уже, так сказать, последних. И имя этой величайшей Тайне было… – нет, нет, уважаемые читатели, не “Каин с каинитами”, и не “Тувалкаин с тувалкаинитами”, и вообще никакие не “-ниты” и не “-каниты”, а всё те же, во все времена, и среди всех народов живущие, и ставящие своей высшей целью управлять всеми этими народами – обыкновенные те, кого Господь Бог наш Иисус Христос прямо называл детьми дьявола, и которые Его в конце концов схватили и распяли, и которые в течение всего времени старались захватить Россию, запустив в неё мистические черно-магические учения – один Схария или Мойзич с Альбаном чего стоили! – те, которым удавалось убивать многих “сильных во Израиле” – от появления Московского Царства до его падения, от Андрея Боголюбского до Николая Второго, и уже в наше с вами время убивающих огромное количество лучших и прекрасных Русских людей – от Оптинских иноков Василия, Трофима и Ферапонта до поэта и композитора Игоря Талькова и восходящего гения Максима Трошина – ну, вобщем, что говорить! – хоть и говорит нам Роман Багдасаров, что “тайна так и останется тайной”, но вы ведь и сами все всё знаете, братия и сестры, – они, конечно они, теперь ещё более замаскированные, все, или почти все православные, даже может некоторые пастыри, даже может и некоторые главнейшие и лучшие пастыри Священного Града Москвы – Мистического и Загадочного Третьего Рима, такие как отец диакон Андрей Кураев и прилетевший к ним на помощь из-за океана главный борец с тоталитарными сектами, и вообще с тёмным сектантским сознанием дикого и пьяного Русского Народа – ставленник американского отца Шнеердорфа, профессор, ну конечно же профессор! а как же, как же – Александр Леонидович Дворкин, – это он, он, вы конечно все его узнали, как только он вошёл к нам сюда в зал, все встали и зааплодировали:
– Мессир! Мессир! Мессир! – пронесся странный шепот по рядам. Да, братья и сестры, совершенно верно. Это они, они, конечно же, они, все те же вечные странники ночи – фавориты Луны “Favorites Of The Moon”, по замечательному определению английского гения, «Люди лунного света» - по не менее замечательному переводу уже русского гения, – вот уже семь миллионов лет бредущие по земле, и даже “на пыльных тропинках далеких планет” оставившие свои следы, бессмертные, одержимые одной единственной идеей Абсолютной Власти над всеми Народами Земли, да, да, они, конечно, они… Впрочем, не будем называть, вы и так все знаете, что речь идёт о тех самых врагах рода человеческого, которые мешают нам с вами жить вот уже как минимум тысячу последних лет существования Православной России. А всем остальным народам так может и все эти семь тысяч лет от Сотворения Мира.
И вот теперь их самая ученая, самая церковная, самая “сионская”, так сказать, головка сидела в этом круглом зале с узкими и высокими окнами, за круглым столом с дыркой, и мучительно размышляла над тем, как нам, Русским, не дать прославить и канонизировать величайшего нашего Русского человека – Царя Иоанна Васильевича Грозного.
Святый Благоверный Царю Иоанне, моли Бога о нас!
Впрочем, братья и сестры, я хочу вам напомнить, что то, то вы сейчас читаете – это не совсем реальные события, а некая их литературная интерпретация, на манер Николая Васильевича с Федор Михалычем, что-то, вообщем, в этом роде. И поэтому люди и другие сущности, которых вы встретили в подводном царстве или в круглом зале с высокими окнами не есть конкретные и всем нам известные наши с вами современники, но некие фантасмагорические образы, которые из них, современников, как-то неожиданно и сами собой получаются. Я тут не виноват, так же как не был виноват Данте, когда описывал своих близких знакомых, встретив их в различных отделениях своего “Инферно”. Скорее Вергилий виноват, который водил его по тёмным заколулкам и над страшными зловонными пропастями.
Да, братья и сестры, мы думаем о Крестном Ходе, готовимся, а они там, в глубинах Мирового Океана, действуют тайно и целеустремлённо. У них уже, оказывается, почти всё готово, уже принято решение, и всё подписано и запечатано. Они уже вынесли свой окончательный вердикт, свой последний приговор. “Царь и Распутин – враги Церкви и Народа”. Правда, не сказано, какого Народа и чьей Церкви… но это и не обязательно, – они-то знают какого и чьей
В заключении надо сказать, что мы, Хоругвеносцы, вот уже как минимум 20-ть лет боровшиеся за восстановление доброго имени Царя Иоанна, сегодня отнюдь не призываем к канонизации Царя Иоанна Васильевича Грозного или старца Григория Ефимовича Распутина-Новых. Вопрос этот сегодня не актуален. Но крайне актуален сегодня вопрос восстановления доброго имени оболганных врагами России и Русского народа гениального Царя Иоанна и друга Царской Семьи старца Григория. А та или иная канонизация не в нашей компетенции. Этим должна заниматься и решать вся полнота Русской Православной Церкви. Мы же, Хоругвеносцы, в душах своих давно прославили и того и другого…

Глава Союз Православных Хоругвеносцев , Председатель Союза Православных Братств, представитель Ордена святого Георгия Победоносца и глава Сербско — Черногорского Савеза Православних Барjактара

Леонид Донатович Симонович — Никшич

 
 
l_d_nikshich
16 October 2016 @ 06:53 pm
Открытие памятника Царю Ивану Грозному в городе Орле.






















































































 
 
l_d_nikshich
10 October 2016 @ 08:17 pm

Явление Грозного Царя -III

Да, пока у них, т.е. Лунгиных, Дворкиных и Учителей, не всё получается, и не всё идёт по их плану.
В последние годы усилился – и продолжает усиливаться – интерес к “неординарной личности” нашей истории – Царю Иоанну Васильевичу Грозному. Уже одно то, что в рейтинге на главную личность Российской истории, проходившем на телевидении ещё в 2009-м году, Царь Иоанн Васильевич оказался где-то в семёрке списка – говорит очень о многом. Если вы такой «конкурс» провели сегодня, то, я думаю, он занял бы одно из первых мест. Народ, простой Русский народ всегда любил и почитал первого Русского Царя. И сам Царь любил именно простой народ. Уже одно то, что он окружал себя различными каликами и юродивыми, говорит о том, что он очень хорошо понимал блаженную, совсем не от мира сего, веру простого Русского народа. В то же время Царь жёстко, даже жестоко боролся со всеми видами ересей, крамолой и государственной изменой. Последнюю, будучи первым Помазанником Божиим на Русской Земле, он понимал как измену себе. А как же: “ поставлен Богом, а вы – Курбские, Старицкие, Колычевы и другие, – мне изменяете. Творите заговоры, готовите перевороты, рады даже пригласить иноземные войска, лишь бы свергнуть меня с трона. Вместо того, чтобы преданно служить мне, вашему Государю. Сколько раз я вас прощал. Сколько раз внимал гласу Божьему о милости к вам. Я внимал, но вы не вняли. И мне пришлось бороться с вами, разоблачать ваши заговоры, ибо сказано в Писании: “Ты, Царь – не спроста ты носишь меч. Меч на твоем боку, для того, чтобы казнить преступников и пресекать крамолу”… – Примерно так рассуждал Иоанн Васильевич, любовно прозванный в народе Русском – Грозным.
Для борьбы с изменниками Царь, как пишет Карамзин: “занялся образованием своей новой дружины. В совете с ним сидели Алексей Басманов, Малюта Скуратов, князь Афанасий Вяземский, и другие любимцы. К ним приводили молодых детей боярских, отличных (по мнению Карамзина, – Л.Д.С-Н) не достоинствами, но так называемым удальством, готовностью на всё. Иоанн предлагал им чтобы они не имели никаких связей с знатными боярами; неизвестность, самая низость происхождения вменялись им в достоинство. Вместо тысячи, царь избрал 6000, и взял с них присягу служить ему верою и правдою, доносить на изменников, не дружиться с земскими (то есть, со всеми не записанными в опричнину), не водить с ними хлеба-соли, не знать ни отца, ни матери, жить единственно для государя” (выделено нами, – Л.Д.С-Н)…
“Скоро, пишет далее наш знаменитый историк, - увидели, что Иоанн предаёт всю Россию в жертву своим опричным. Они были всегда правы в судах, а на них не было ни суда, ни управы. Опричник или кромешник – мог (по Карамзину, – Л.Д.С-Н) безопасно теснить, грабить соседа, и в случае жалобы брал с него пеню за бесчестье. … Сказать неучтивое слово кромешнику значило оскорбить самого царя… одним словом, люди земские, от дворянина до мещанина, были безгласны, безответны против опричных; первые были ловом, последние ловцами, единственно для того, чтобы Иоанн мог надеяться на усердие своих разбойников-телохранителей в новых, замышляемых им убийствах. Чем более государство ненавидело опричных, тем более государь имел к ним доверенности: сия общая ненависть служила ему залогом их верности. Затейливый ум Иоаннов, – продолжает историк, – изобрёл достойный символ для своих ревностных слуг: они ездили всегда с собачьими головами и с метлами (выделено автором, – Л.Д.С-Н), привязанными к седлам, в ознаменование того, что грызут лиходеев царских и метут Россию!
Иоанн, – продолжает Карамзин, – невзлюбил Москвы, и с сего времени жил большею частию в Слободе Александровской, которая сделалась городом, украшенная церквами, домами, лавками каменными. Тамошний храм Богоматери сиял снаружи разными цветами, серебром и золотом: на всяком кирпиче был изображен крест(выделено нами, – Л.Д.С-Н). Царь жил в больших палатах, обведенным рвом и валом. … В сем грозно-увеселительном (? – Л.Д.С-Н) жилище, окруженном темными лесами, Иоанн посвящал большую часть времени церковной службе (выделено нами; как это сочетается с “увеселительным жилищем”? – Л.Д.С-Н), чтобы непрестанною набожною деятельностию успокоить душу. Он хотел даже обратить дворец в монастырь, а любимцев своих в иноков: выбрав из опричников 300 человек, самых злейших (?! – Л.Д.С-Н), назвал братиею (– автор), себя ИГУМЕНОМ (– Л.Д.С-Н), князя Афанасия Вяземского келарем, Малюту Скуратова параклисиархом (– Л.Д.С-Н), дав им тафьи, или скуфейки, и черные рясы, под коими носили они богатые, золотом блестящие кафтаны с собольею опушкою; сочинил для них устав Монашеский, и служил примером в исполнении оного (– Л.Д.С-Н).
Так, в томе IX-м “Истории Государства Российского” пишет знаменитый наш фантаст-историк Николай Михайлович Карамзин. Чего здесь больше – “поэзии”, т.е. выдумки, или истории – трудно сказать. Думается, что “поэзии” больше. Из писаний этих также видно, что Карамзин был либералом. Он совершенно не понимает, что такое истинное, т.е. СРЕДНЕВЕКОВОЕ – вечно СРЕДНЕВЕКОВОЕ! – строение Государства. И будто не знает наш поэт-историк, что власть, особенно власть Царя – вызывает у приближённых лютую зависть. И непреодолимое желание Царя этого скинуть, свергнуть, отравить, убить… И что Царь “недаром носит меч”, и что меч этот носит он для сохранения Государства, а соответственно, для наказания и искоренения всякой крамолы, всякой козни и измены, всякого заговора боярского и беззакония еретического, которые в неисчислимом количестве распространились на Руси – недобитая ересь жидовствующих принесла плоды! – как раз во время правления великого нашего Государя – Царя Иоанна Васильевича Грозного. Так было с масонами и либералом Карамзиным, ещё более «так» происходит с Лунгиным, Учителем и иже с ними.
Вообще-то, режиссёру фильма “ЦАРЬ” Павлу Семёновичу Лунгину от лица главы Союза Православных Хоругвеносцев Леонида Донатовича Симоновича-Никшича надо выразить благодарность, и, может быть даже, наградить его некоей опрично-хоругвеносной грамотой за то, что он, Павел Семёнович Лунгин, своим фильмом “ЦАРЬ” дал мощнейший толчок творческому вдохновению Леонида Донатовича, и, произведя им (фильмом “ЦАРЬ”) даже некий творческий взрыв в его – Леонида Донатовича – душе, подвиг или сподвиг последнего на раскрытие книги Карамзина «История Государства Российского» – тома IX – XII, где Леонид Донатович сразу же наткнулся на массу, – я не оговорился, – именно массу подтверждений всего этого колдовства, чародейства и волхования, которое опричники обнаруживали в действиях прямых, и особенно тайных врагов Царя.
Ужасно интересно читать нашего первого светского историка. Откройте книгу в любом месте, наугад, и вы наткнётесь на буквальное подтверждение правоты Иоанновой по отношению к своим скрытым врагам. Только читать надо по принципу: “наоборот”. То есть, писатель пишет явно, а вы, читая, как говорится, своим собственным умом и разумением, понимаете всё совершенно наоборот. Итак, берём первый попавшийся отрывок. Внизу страницы 5-ть читаем:
“Например, Адашев и Сильвестр не одобряли войны Ливонской, утверждая, что надобно прежде всего искоренить неверных, злых врагов Христа; что ливонцы хоть и не греческого вероисповедания, однако ж христиане и для нас не опасны; что Бог благословляет только войны справедливые, нужные для целости и свободы государства. Двор был наполнен людьми, преданными сим двум любимцам; но (дальше прошу усилить внимание, – Л.Д.С-Н.) братья Анастасии не любили их, также и многие обыкновенные завистники, не терпящие никого выше себя. Последние не дремали, угадывая расположение Иоаннова сердца и внушали ему, что Сильвестр и Адашев суть (внимание! – Л.Д.С-Н) хитрые лицемеры: проповедуя Небесную добродетель, хотят мирских выгод; стоят высоко пред троном и не дают народу (– ! ) видеть царя, желая присвоить себе успехи, славу его царствования. Они (“завистники” – Л.Д.С-Н) говорили: “кто сии люди, дерзающие предписывать законы царю великому и мудрому, не только в делах государственных, но и в домашних, семейственных, в самом образе жизни; дерзающие указывать ему,как обходиться с супругою, сколько пить и есть в меру?” ибо Сильвестр, наставник Иоанновой совести, всегда требовал от него воздержания, умеренности в физических наслаждениях, к коим юный монарх имел сильную склонность…
Так, - продолжает Карамзин, - было до 1560 года. В сие время холодность государева к Аадашеву и к Сильвестру столь явно обнаружилась, что они увидели необходимость удалиться от двора. Первый, занимав дотоле важнейшее место в Думе, и всегда употребляемый в переговорах с европейскими державами, хотел еще служить царю иным способом: принял сан воеводы и поехал в Ливонию; а Сильвестр, от чистого сердца (? – Л.Д.С-Н) дав государю благословение, заключился в одном пустынном монастыре. Друзья их осиротели, неприятели восторжествовали; славили мудрость царя и говорили: “ныне ты уже истинный самодержец (! – Л.Д.С-Н), ПОМАЗАННИК БОЖИЙ (!! – Л.Д.С-Н), един управляешь землею; открыл свои очи и зришь свободно на все царство!” Но сверженные любимцы казались им еще страшными. Вопреки (– ! ) известной государевой немилости, Адашева честили в войске; самые граждане ливонские изъявляли отменное к нему уважение: все покорялось его уму и доблести. Не менее и Сильвестр, уже монах смиренный, блистал добродетелями христианскими в пустыне: иноки с удивление видели в нем пример благочестия, любви. Кротости. Царь мог узнать о том, раскаяться, возвратить изгнанников: надлежало довершить удар и сделать государя столь несправедливым (читай наоборот: “столь справедливым”, – Л.Д.С-Н), столь виновным против сих мужей, чтобы он уже не мог и мыслить об искреннем мире с ними” (выделено нами, – Л.Д.С-Н). И дальше идёт очень важная фраза: «Кончина Царицы подала к тому случай…».
Иными словами, молодую Царицу Анастасию, которая, как и её братья “не любила Сильвестра с Адашевым”, – убили…
Перед просмотром фильма в ГД на столе перед малым залом лежали некие “каталоги”, или “путеводители” по фильму “ЦАРЬ”. Открыв эти “проспекты”, мы читаем:
Синопсис: 1565 год. ТЕМНЫЕ ВРЕМЕНА. Правление Ивана Грозного. Русь растерзана (– ? ) голодом (? – Л.Д.С-Н) и Ливонской войной. Во всем мерещатся правителю измена и предательство. Его верные слуги, опричнина, залили страну кровью… (Всю страну? – Л.Д.С-Н) … Именно в это смутное и страшное для страны время в сан митрополита московского и всея Руси вступает Филипп Колычев, будущий святитель Филипп.
Духовный наставник (– ?) и друг царя Филипп не приемлет главный соблазн всех правителей-тиранов: заменить Бога – властью. Убеждение Ивана Грозного в том, что “… кто власти противится, ТОТ БОГУ ПРОТИВИТСЯ, а кто противится Богу, тототступник…”, на фоне опричнины, несправедливых казней и расправ, заставляет митрополита открыто осудить царский деспотизм… Бескомпромиссная тема власти и её взаимоотношений с Богом, без сомнения, определяет генеральную линию и рамки картины… Сам Павел Лунгин говорит о “Царе”, как о шекспировской трагедии, истории столкновения двух характеров, двух типов восприятия мира, двух типов мышления”…
Так, “темно и вяло”, в стиле 60-х гг. XX века, пишут авторы аннотации. Читать всё это довольно-таки скучно. Скучно, пока не доходишь до “философской” сути концепции фильма. Вот она:
“Человек Средневековья, Иван Грозный, во многом переломивший и остановивший эпоху РЕНЕССАНСА в России, и человек ВОЗРОЖДЕНИЯ (? – Л.Д.С-Н) митрополит Филипп, проповедующий истинно гуманистические ценности (?? – Л.Д.С-Н).
Далее, обратимся к рубрике – Интервью с участниками съёмочного процесса.
– Павел Семёнович, почему Вы решили снять фильм именно об Иване Грозном?
Павел Лунгин: “Я снимал типично российскую историю”. И продолжает:
– Мне кажется, человечество зашло в тупик. Пришло время остановиться и подумать… Подумать о вопросах вечных и существенных, метафизических, одним словом. Кто мы и откуда? Подумать о том, что такое русская власть, в чём её сила, природа и загадка? С чем её едят, наконец (типично еврейский оборот речи, – Л.Д.С-Н). Полагаю, что эпоха Ивана Грозного – один из определяющих и показательных в этом плане периодов отечественной (Между прочим, Лунгин живёт во Франции, – Л.Д.С-Н) истории. Её отголоски до сих пор доносятся до нас. Ведь Грозный – ПЕРВЫЙ РУССКИЙ ЦАРЬ с таким удивительным сочетанием в одном лице силы личности, неординарности, жестокости и таланта. Это не человек, а какой-то микс (? – Л.Д.С-Н) беспощадной тирании и искреннего идеализма – то есть абсолютно шекспировский герой. Человек с раздвоенной личностью (т.е., иными словами – шизофреник! – Л.Д.С-Н). Одна из которых глубоко православная, другая – порочна. Мне кажется, что Иван Грозный первый самой силой личности во многом определил нашу историю и то, что мы называем РУССКОЙ ВЛАСТЬЮ. Он вызывал и страх, и любовь, и симпатию одновременно… Своим неоднозначным характером он предопределил ход российской истории. И можно сказать, заложил основы того, что мы теперь называем Русской властью».
Но далее Павел Лунгин почему-то говорит только о второй ипостаси раздвоенной личности Грозного:
– Ещё патриарх (какой? – Алексий II, Кирилл?) дал исчерпывающую характеристику Грозному: ТИРАН и УБИЙЦА. Он был беспощаден. Даже зверем. На его совести множество невинных душ. И всякие разговоры о его возможной канонизации – просто нонсенс. Но всё-таки Иван Грозный – неординарная и противоречивая персона. Что называется: днём казнил, а ночами молился. Он был святым (? – Л.Д.С-Н) и грешником в одном лице. А ещё – художником!».
Тут я согласен. Насчёт – художника. И это художническое начало объясняет многие его поступки и художества. Мир – как художественное произведение, создаваемое и творимое в данный момент самим художником. Весь окружающий мир, начинает существовать только тогда, когда художник, творец вносит в него свое упорядочивающее начало. И мiр, так сказать, преображается. Из него пропадают предатели и изменники. Мир, постепенно, обретает Божественную гармонию. Какова же структура, или архитектоника этого мира? А структура, как и всё гениальное – проста. Сверху – Бог, Поставивший и Помазавший своего, Им, Богом, избранного Помазанника. Дальше – верные слуги, рабы Божии и слуги Царевы, а внизу – любящий царя, преданный ему народ. И все – от Царя до последнего простого смерда являются богомольцами, смысл жизни которых – стремление из идеально построенного Царства земного в идеально Сущее Царство небесное. Всё же остальное, что этому мешает и противится, а тем паче устраивает против этого заговоры – есть от дьявола, а, значит, подлежит немедленному, и оттого жестокому искоренению…
Многие пишут, что фильм “ЦАРЬ” сделан Павлом Лунгиным “на заграницу”. Мол, он давно уже живёт во Франции, участвует в Каннском кинофестивале и потому ему был прямой расчёт сделать такого Ивана Грозного, да и вообще – такой образ России-матушки, который давно уже принят во Франции, да и вообще на Западе. А для Запада “Россия”, что царская, что советская – это “Тюрьма народов” и “Сталин, Берия, Гулаг”. Никакой другой России не существует и существовать не может. Вот под эту вечную картинку и подгонял Павел Лунгин свой фильм.
Однако, по нашему мнению, это не совсем так. Дело в том, что в последнее время, лет эдак уже 20-ть, в самой России продолжает нарастать почитание Грозного Царя. Причём, что самое неприятное, не в среде каких-нибудь отморозков, а в среде самых что ни на есть интеллектуалов, среди рафинированной российской интеллигенции, университетских, академических, писательских и художнических кругах. Взять, например, писателей и журналистов. Сергей Фомин, Леонид Болотин, Андрей Хвалин, Вячеслав Дёмин, Андрей Щедрин, Леонид Симонович-Никшич и многие, многие другие. Или же – Академия наук. Та учёная среда, которая, казалось бы, должна быть столпом либерализма, – и вдруг в этой самой среде появляется фундаментальный труд профессора Санкт-Петербургского университета Игоря Яковлевича Фроянова “Драма русской истории: На путях к Опричнине”, посвящённая Царю Иоанну Васильевичу Грозному.
А художники? Что же они? И тут всё в порядке. Павел Рыженко – зав. кафедрой Академии живописи, ваяния и зодчества – пишет портрет самого Ивана Грозного – в тихом солнечном дворике, кормящего голубей, а также великолепный “исторический портрет” главного опричного зверя – Григория Лукьяновича Бельского, по прозвищу Малюта Скуратов. И этот самый Малюта смотрит с портрета на Павла Семёновича Лунгина очень пристальным таким, тяжёлым, если не сказать свинцовым, взглядом… То есть, Лунгину со товарищи – а товарищи эти, надо сказать, товарищи очень специфические – вдруг стало ясно, что необходимо нанести сокрушительный идеологический удар по центральной фигуре русского мракобесия и деспотизма – по самому Грозному Царю Иоанну Васильевичу. Ибо если симпатии российской интеллигенции и дальше будут развиваться в этом крайне правом, фундаментальном направлении, то недалеко то время, когда на Красной площади вновь вознесутся виселицы, дыбы и колеса и, застилая чёрным дымом Василия Блаженного, в небо ударят языки кровавого пламени…
А ведь сжигать-то будут кого? – Да, да, именно, именно… Уж мы-то знаем – кого, прекрасно знаем из исторического опыта, – прямо, безо всяких там теорий и исследований. Мясом и косточками переломанными, и головками кистенём пробитыми, – знаем! – с воем и воплем вздёрнутых на дыбы и на колеса четвертовальные, – наших дорогих и незабвенных предков и соплеменников…
А посему Лунгин получил крайне важное идеологическое задание. Сначала втереться в доверие к Церкви, и вообще, к русским, – тонко-двусмысленным фильмом “Остров”, а потом создать водородную бомбу под знаковым названием “ЦАРЬ”, где столкнуть садиста и Кровопийцу Иоанна Грозного («человека Средневековья»), и гуманиста и молитвенника митрополита Филиппа («человека Возрождения»). И показать – как Иван, совсем уже озверев от крови, приказывает своему главному опричному псу – Малюте, – удушить милостивого, святого ходатая за гонимых и мучимых, – митрополита Филиппа. И чтобы Иван – был как можно отвратительнее, чтобы он был, прежде всего, шизофреником и параноиком, а также законченным ЧИКАТИЛОЙ на Русском Царском Троне. Да показать так, чтобы все решили, что это и есть извечный русский хронотоп и генотип. Самый что ни на есть типичный…
А ночью, в тонком сне, было мне, автору этого повествования, – видение. И вижу я как бы книгу раскрытую, и на странице буквы горят: СИНОПСИС. И вдруг надпись пропадает и появляется в этой странной книге – прямо на странице, в её глубине, – Мышиный Король, и восклицает: “Сейчас мы будем давать интервью, исключительно для своих”. И дальше – заявляет: «Я снимал типично Российскую историю».
– Ваше Величество – спрашивает его малая серая мышь, – почему Вы решили снять фильм именно об Иване Грозном?
– А я Вам скажу почему. Потому что мы, некая тайная элитная группа, куда вхожу я, мой умерший друг и учитель мышиный канцлер Кусинов, а также наш умерший начальник, и ряд адептов, которых я не имею права называть, ещё несколько лет тому назад, собрались на “Рю де Мишь” в подземельях Парижа, и получили следующие точные, не подлежащие обсуждению указания.
– Если не секрет, в чём они заключались?
– Нет об этом сегодня уже можно сказать. Своим, я имею ввиду. Указания были такие: Вот уже 20-ть лет в России, в консервативных недрах Русской Православной Церкви зреет и развивается монархическое движение. Но это ещё полбеды. Беда в том, что движение это идёт не путём цивилизованной и просвещённой конституционной Монархии, типа Английской или Испанской, или даже королевства Монако, а по пути дикой и азиатской их абсолютной деспотии, какой, собственно, и была Россия до инспирированного нами “большевицкого” переворота. Несмотря на то, что мы принесли в жертву их Царя Николая Кровавого и всю его Семью, российская Монархия, повторяю, возрождается в самых черносотенных её формах.
И главным, знаковым, так сказать её символом становится фигура первого русского Царя – Иоанна Грозного. Этот человек, если вообще можно называть его человеком! – а, точнее, этот Зверь в человеческом облике, – истребил нарождающуюся мышиную Россию, светлую волну мышиной демократии, в лице Адашева, Сильвестра, Курбского, семейства Колычевых и других высших боярских аристократических родов, которые стремились к европейскому Возрождению, и через Польшу, и т.н. “ересь жидовствующих”, т.е. через наших людей, несколько раньше возглавляемых Схарией и дьяком Курицыным – автором хроник о таком же тиране и кровопийце воеводе Владиславе Дракуле, – стремились уже тогда войти в мышиную семью цивилизованных и просвещённых европейских народов. Ведь уже тогда, – даже, как я уже заметил, несколько ранее, – Схария и Курицын через ересь жидовствующих открывали России пути каббалы и магии, являющиеся корнем и тогдашнего и современного мышиного мировоззрения. И вот именно Царь Иоанн Грозный, не только остановил всё это, но и переломил этот положительный ход русской истории.
Поэтому Вам, уважаемый Мышиный Король, – говорил нам главный тайный адепт, имени которого, как я уже сказал, я не могу назвать, – вам, Мышиный Король, выпадает почётная обязанность снять фильм об этом мышеубийце. Но сделать это надо очень тонко. Не надо снимать о страданиях наших предков. Сейчас Русская Православная Церковь на подъёме, и давайте, именно на неё и обопрёмся. Надо всячески показать, что Грозный и его опричнина боролись именно с Церковью и с её лучшими, – так сказать, святыми, – представителями. Надо показать не просто дикий нечеловеческий садизм этого царя-параноика, но и то, – и это главное! – что он убил, именно он убил! – руками своего верного пса – Малюты, – главного человека Возрождения – митрополита Филиппа Колычева. Последний, по нашим данным, всё же входил в заговор семейства Колычевых против Царя, но надо показать всё наоборот: что он только и делал, что пытался спасти Иоанна, отвадив его от массового, – я подчёркиваю, – МАССОВОГО! – пролития крови православных на Руси.
В то же время надо показать, что Царь Иоанн был тайным сатанистом, что под видом ОПРИЧНИНЫ он создал тайный же чёрный сатанинский орден, целью которого были изуверские пытки и человеческие жертвоприношения, а сами они – Царь и его кромешники – предавались диким оргиям в Александровской слободе, на манер оргий тамплиеров… О, если бы это действительно было так, это было бы прекрасно!!!
– Прекрасно, прекрасно!! – запищали все мыши.
– Но нам надо показать, что Царь именно слепо и фанатично верил в их христианского бога, и считал, что раз он помазанник этого самого бога, то каждый, кто, так или иначе, идёт против его помазанной воли, подлежит мучениям и уничтожению. А таковых было много, очень много. Вся Россия! Вот он её и истреблял. И истребил до того, что в конце фильма остался один, в чёрной ночи сидя не троне, а вокруг бегает чёрная собака – которая, как известно, является символом дьявола или даже самим дьяволом во плоти…
Вот такой фильм мне и поручили сделать, и мне кажется, я неплохо справился с поставленной задачей, - закончил своё интервью Мышиный Король.
Повторяю, я всё это видел на страницах странной книги в изгрызанным мышами кожаном переплёте, и видел я всё это в тонком сне. Но когда я проснулся, это видение заставило меня о многом задуматься…
Скажут, это уже какие-то фантазии, точнее даже фантастика, на манер Гофмана. Нет, отвечу я. Фантастика – это как раз у Лунгина и ему подобных, типа Элема Климова или Алексея Учителя. А у меня самое, что ни на есть «реальнейшая реальность», очень даже присущая всей русской литературе. Разве нет? А вы почитайте «Бесов» Достоевского, и тогда эта «реальность» вам откроется во всём своём «неповторимом своеобразии»…
Только я это написал, как они и явились. Да, действительно, они бес-смертны эти «бесы» Достоевского. Ибо смутно небо, ночь темна, и кругом они кружаться. То Лунгин пролетит, то Учитель, то поэт Дмитрий Быков (Зильбертруд) напишут новый русофобский стих, то в Храме на Крови в Екатеринбурге блоггер Руслан Соколовский (Сайбабталов) по приказанию князей изгнания начнёт ловить «покемонов». И все они, как это ни странно, представляют то самое «мышиное царство» Гофмана. Подтверждение этих моих мыслей я вчера нашёл в газете «Культура» (30 сентября – 6 октября 2016 года, №35 (8021) на стр.3) в статье Андрея Самохина «Покемон на Крови». Автор пишет:
«…Вспомните сюжет из «Бесов» Достоевского с живой мышью (!!! – Л.Д.С.-Н.), которую ночью засунул в разбитый киот иконы (над вратами монастыря – Л.Д.С.-Н.) «маленький почтамтский чиновник» (и будущий странный убийца) Лямшин. Вот эти самые Лямшины никуда не делись, разве что получать за свои хохмы (Л.Д.С.-Н.) норовят в долларах и евро…».
Да, действительно, добавим мы от себя. Ни Петруша Верховенский, ни мелкий «жидок Лямшин» (так у Достоевского – Л.Д.С.-Н.), ни Климовы, ни Лунгины, ни Учителя «никуда не делись». И борьба с этими запускающими мышей в оклад бесами, битва с этими представителями «мышиного царства» предстоит долгая и трудная. Ведь как писал, убитый ритуальным мечём с надписью «666», иеромонах Василий Оптинский:
Но нас ненавидят за имя Христа,
Скрепляя ругательства внешней печатью,
И входят со смехом в святые дома,
Молящихся там находя для распятья.
И вот уже распинают Россию все эти Лямшины, Свердловы, Троцкие, Лунгины, Учителя и Зильбертруды. А им во главе воинства Михаила Архангела противостоял и противостоит Царь Иоанн Васильевич Грозный…

Глава Союза Православных Хоругвеносцев,
Председатель Союза Православных Братств,
Предводитель Сербско-Черногорского
Савеза Православних Барjяктара
Леонид Донатович Симонович-Никшич